Читаем Чёрные сны полностью

«Думаешь, что ты, блядь, такой умный, — рявкнула я на него. — Заставил маленькую напуганную девочку, жертву изнасилования, отбиваться. Должно быть, ты так горд собой».

Он ничего не сказал. Я ничего не чувствовала в его свете.

«Ты же знаешь, что я психолог, верно? — послала я. — Думаешь, я не знаю, что ты делаешь? Или ты думаешь, что я ещё и тупая… вдобавок к тому, что я типа какой-то ребёнок?»

Осознав, что они пытались мне помочь, а я закатывала истерику, совсем как множество моих пациентов, пытавшихся избежать боли и травм, я замолчала.

Меня омыло смущением.

Они пытались мне помочь.

Они пришли сюда для меня.

И я фактически только что врезала одному из них кулаком по лицу — энергетически, так сказать.

«Я прошу прощения, — послала я смиренно. — Я знаю, что вы делаете. Я ценю это…»

Мои мысли оборвались, когда он окружил меня своим светом.

Он крепко прижал меня к себе сильными световыми руками, интенсивным, как само солнце, присутствием, высоким, сине-белым светом, который был таким неподвижным, что я невольно притихла.

Когда я постаралась закрыться от него, избежать неподвижности этого присутствия, он сделался лишь более и более неподвижным.

«Ты знаешь, какая ты сильная, — сказал он мне. — Поэтому ты не позволяешь себе отбиваться».

Посмотрев на меня, он улыбнулся.

«А ещё, — добавил он, — я подозреваю, что в тебя это вбили в юном возрасте. Уверен, ты права, и он сделал это, чтобы защитить тебя, но тебе нужно отбросить тренировку своего отца, Мири. Пока это тебя не убило».

Увидев то скуластое лицо из света, резкие глаза, я уставилась на него как зачарованная.

«…Хочешь верь, хочешь нет, — сухо добавил он. — Но я прекрасно понимаю, каково тебе».

Я знала, что это он.

На каком-то уровне я знала, что это Ревик ударял по мне в темноте.

Я чувствовала, что его присутствие всё ещё окутывало меня, хоть он уже не обнимал меня теми руками, состоящими из бриллиантового света. Он смотрел на меня в этом пространстве, и я смотрела на него в ответ.

«Ты готова?» — послал он потом.

Его мысли вновь сделались неподвижными, лишёнными интонаций.

«Готова? — я уставилась на него в ответ. — Готова к чему?»

«Мы работали над твоим светом три с лишним часа, Мири. Время пришло».

Его мысли звучали спокойно, буднично, но я едва не решила, что он опять дурит мне голову. Три часа? Как могло пройти три часа?

Либо не заметив моей реакции, либо отреагировав на неё безразличием, он продолжил.

«Нам не пришлось проделывать много работы, — послал он. — В основном нужно было пробиться через тебя. Твоя структура полностью там. Мы более плотно связали её с твоим супругом, но, похоже, вы и сами проделали немало работы, чтобы активировать эти структуры».

Я нахмурилась, но всё ещё не знала, что сказать.

Теперь я всё яснее и яснее видела его в этом пространстве, словно мы говорили в одной комнате, пусть даже эта комната лишена всяких опознавательных знаков и переполнена светом.

«Ладно, — послала я. — Так что теперь? Что вы намереваетесь сделать?»

«Не мы, — твёрдо поправил он. — Ты. Пришло время увидеть, что ты теперь можешь сделать, Мири».

Я уставилась на него в том пространстве тьмы и света, и он смотрел на меня в ответ. Его бледные бесцветные глаза теперь были почти видны, и не просто в виде мечущихся искорок, похожих на бриллианты.