Читаем Чёрные сны полностью

Раздражённо выдохнув, я несколько секунд просто смотрела на экран.

Я буквально слышала, как она бурчит себе под нос, приказывая мне взять трубку.

Я нажала на зелёную кнопку.

Она не стала утруждаться приветствием.

— Впусти меня, Мириам, — произнесла она, используя свой полицейский тон. — Немедленно.

Я сбросила вызов и плюхнулась обратно на кровать.

В дверь снова зазвонили. В этот раз она усиленно налегала на звонок.

— Блядь, — пробормотала я.

Стащив себя с покрывала, на котором разлеглась прямо в одежде, я вышла из спальни и прошла по коридору к входной двери. Отперев её быстрым движением, я уже шагала обратно в сторону кухни, когда Энджел вошла.

— Надеюсь, ты принесла вино, — крикнула я ей через плечо.

Она не ответила.

Но когда я добралась до кухни, она уже несла три запакованные коробки чего-то, и я ощущала их запах даже на расстоянии. Я не сумела разобрать ароматы, но это определённо еда. Я выпрямилась, перестав искать кофейные зерна в морозилке, и нахмурилась, наблюдая, как она ставит рядом с коробочками два огромных стаканчика кофе в картонной подставке.

Она выстроила всё это в ряд на мраморной столешнице, затем отодвинула стул с кожаной обивкой и со вздохом уселась на него.

— Блэк заставил меня принести это, — сказала Энджел, увидев выражение моего лица. Подбородком она показала на еду. — А ещё он заставил меня пообещать, что я впихну в тебя как можно больше еды. Особенно калорийной. Хлеб. Мясо. Картошка.

Я кивнула, но невольно нахмурилась.

Она слегка улыбнулась, и в этот раз я увидела в её взгляде беспокойство.

— Думаю, он страдает от тревоги разделения, — добавила она. — После твоего ухода он устроил всем взбучку. Сказал им перестать вести себя как засранцы. Сказал, что ты уже всё это выслушала от него, и в избытке, и что тебе не нужно ещё больше засранцев в твоей жизни.

Энджел поджала губы, всматриваясь в моё лицо.

— …Ещё он сказал, что ты отправилась к Брику для того, чтобы не дать Блэку вручить все наши жизни Чарльзу.

Она помедлила, словно выжидая, не стану ли я опровергать это.

Когда я промолчала, она продолжила чуть более лёгким тоном.

— Он всё твердил и твердил о том, что он считает вас обоих в равной степени ответственными за то, что ты пошла на ту встречу с Бриком одна. Сказал, что ты, видимо, посчитала, что не можешь никому довериться, не можешь добиться, чтобы кто-то к тебе прислушался, иначе ты не стала бы действовать за нашими спинами. Он сказал, что считает себя даже в большей степени ответственным за случившееся, учитывая, что произошло за последние несколько месяцев.

Когда я поморщилась и потянулась к кофе, Энджел оттолкнула мою руку.

— Нет, — сказала она. — Сначала ешь. Кофе был плохой идеей. Надо было принести тебе чай.

— Я ненавижу чай, — напомнила я ей.

Она рассмеялась, и этот звук буквально вырвался из неё, словно мои слова её ошеломили.

— Что ж, никакого тебе кофе, пока не поешь, — пожурила она, всё ещё улыбаясь. — И никакого вина. И никакой текилы. Или что ты там ещё такого неподобающего подумываешь выпить, чёрт подери.

Слегка нахмурившись, я обошла стол и плюхнулась на соседний стул рядом с ней, положив руки на мраморную столешницу. Потянувшись к первой коробочке еды, я начала открывать картонную крышечку и искоса взглянула на неё.

— Я в порядке, Энджел.

Её улыбка померкла.

— Чёрта с два ты в порядке. Чтобы быть в порядке в такой ситуации, тебе бы пришлось перенести лоботомию, Мириам.

Посмотрев на неё, я подумывала поспорить.

Вместо этого я нахмурилась и подумала о Блэке.

— Не стоило ему это всё говорить, — сказала я. — На самом деле это неправда. Я им доверяю. Я просто понимала, как бы я сама восприняла это на их месте.

Энджел пожала плечами.

Но по её пожатию я понимала, что она со мной не согласна.

— То есть, он послал тебя? — спросила я. — Блэк?

Она фыркнула.

— Нет. Он хотел прийти… само собой. Я сказала ему оставаться на месте. Я сказала ему, что он только что скормил тебя волкам, и нечего теперь играть в спасителя. Это его заткнуло, — она поджала губы, нахмурившись по-настоящему, и добавила: — Не стоило ему это делать, Мири. Обращаться с тобой перед всеми как с непослушным ребёнком — это гадство.

Я отрешённо щёлкнула языком.

Мне, наконец, удалось открыть первую коробочку. Внутри оказался чизбургер и картошка фри. Я взяла несколько долек картофеля и положила в рот. Жуя, я покосилась на Энджел.

— Он прав, Энджел, — сказала я. — Он поступил со мной как с любым другим сотрудником. Я просила его об этом. Не обращаться со мной иначе, чем с остальными.

— Серьёзно? — парировала она. Откинувшись на спинку стула, она скрестила мускулистые руки на груди. — То есть, он поступил бы так с Кико после того, что с ней сделал Ник?

Выждав мгновение, во время которого я поморщилась и сунула в рот ещё картошки, Энджел заговорила жёстко, и в этот раз её злость казалась искренней.

— Дерьмо собачье, Мири. С тобой он обращается суровее, чем со своими сотрудниками. Подозреваю, что это страх, но ты всё равно слишком много спускаешь ему с рук.