Девочкам нравится приурочивать события к каким-то датам. Вот и я не исключение: две недели расставания с Марком решаю отметить сексом с Макаром. Глупо?! Да! Не спорю. Но я осознаю: больше динамить парня, с которым встречаюсь в свободное время несерьезно, и хочу одним событием отрезать все прошлое, что было, и дать старт новым отношениям. Вот только принять решение и его осуществить, как два берега одной реки: вроде рядом, но между ними полоса препятствий, скрывающая подводные течения. И как ее преодолеть той, кто несилен в этом?! Осуществить задуманное совсем не просто.

Макар встречает меня у универа и, по-хозяйски развернув к себе, впивается в мои губы. Я закрываю глаза, старательно пытаюсь поймать гребень той волны, что утянет меня с ним в бездну удовольствия, но максимум моих ощущений – приятное тягучее тепло, разлившееся по телу, и никакого пожара, даже искорки. Оторвавшись от меня, парень окидывает оценивающим взглядом увязавшуюся за мной Оксану и сам предлагает ей:

– Подвезти?!

Подруга расплывается в улыбке от уха до уха, и мы занимаем места в его внедорожнике.

После того как мы высаживаем чересчур разговорчивую попутчицу у метро, я поворачиваюсь к Маку и, следуя намеченному плану, многообещающе предлагаю:

– Поехали к тебе.

Ему не нужно повторять дважды. Он ждет близости между нами еще с самого первого посещения его квартиры, и я рада тому, что парню хватает здравого смысла не давить на меня, а ждать.

Десяток километров, отделяющих нас от цели, мы преодолеваем очень быстро, умудряясь объезжать все заторы в городе. Мак явно торопится. Конечно, с такой непредсказуемой особой как я надо ловить момент. А еще воодушевленный моим предложением он ни на секунду не умолкает, и его монолог распугивает все мысли в голове, не давая мне возможность передумать.

Знакомый подъезд и окна квартиры на втором этаже…

Макар выходит первый и галантно помогает выйти мне. Волнение жутким холодом внутри сковывает тело, но я старательно пытаюсь его утопить в бездне своего упрямства.

Подъезд, ступеньки, квартира, комната... Все как в тумане. Все словно не со мной.

Терпкое красное вино для смелости я не пью, а заглатываю. Он видит, что я нервничаю, и позволяет выпить второй бокал.

Поцелуи Мака немного подавляют мой мандраж, но я все равно еще очень волнуюсь. Парень пытается возбудить меня своими откровенными прикосновениями, но вызывает обратный эффект: я дрожу не от страсти, а от страха и внутреннего протеста упрямого тела, ведь меня касается другой мужчина, но он, похоже, не замечает этого – он поглощен своей одержимостью.

Я борюсь с собой, пытаюсь настроиться на ощущения, поймать их, размножить, но, наверно, я слишком капризный музыкальный инструмент, который может звучать, не фальшивя, только в руках своего любимого мастера.

«Нет. Все не так», – пытаюсь вбить в свою голову. – «Я просто переволновалась, и из-за этого у меня не получается прочувствовать все также ярко, как было с Марком».

Понимаю, что я нечестна даже сама с собой, и отодвигаю пугающие мысли. Не до них мне сейчас. Но вместе с ними я отстраняюсь и от Макара, шепча с извиняющимися нотками в голосе:

– Прости. Не получается…

Парень отпускает меня не сразу. Он заведен, и ему сложно остановиться. Я понимаю это и то, что я неправа. Я в который раз дарю надежду и в самый неподходящий момент даю задний ход. Но я не могу и не хочу так: против своих желаний. Я верю: все будет, все получится, но позже.

– Я что-то делаю не так?! Скажи, что тебе не нравится?!

Не могу смотреть в его глаза и медленно скольжу по крепкому торсу. Останавливаюсь на плоском животе с едва вырисовывающимся прессом и вспоминаю отчетливые кубики на теле Марка и манящую v-образную мышцу. Катастрофа! Опять между нами стоит он.

– Ася!

Вздрагиваю. Понимаю: молчание затянулось, и, не желая, чтобы Мак винил себя в моих заморочках, признаюсь:

– Я только недавно рассталась с другим человеком.

Поднимаю глаза, ловлю его внимательный взгляд и шепчу:

– Ты мне нравишься. Правда. Только нужно время.

Парень понимающе кивает, и я выдыхаю: он не кричит на меня, не воспринимает в штыки слова. Оттого, что он идет мне навстречу, на душе становится тепло и светло, как будто солнце выглянуло из-за туч и разбавило часть черноты, пожирающей мое счастье.

Я возвращаюсь к насущному и, поправив задравшуюся юбку, застегиваю пуговицы на блузке.

– Я хочу тебя познакомить с моими родителями.

Замираю от прозвучавшей фразы, оборачиваюсь, моргаю и прилипаю взглядом к его глазам. Он не шутит! Я недостойна такого хорошего парня! Он милый, понимающий, а я…

– Ась, ты чего?! – Макар подходит вплотную и поднимает мое лицо за подбородок.

Слова растворяются в сознании и мне не выразить ими мысли.

– Ты…

Он не дает мне попытаться что-то соорудить из них и выплеснуть эмоции, а произносит сам:

– Я хочу, чтобы ты поняла, как много для меня значишь, и что я готов ждать, когда ты сама захочешь близости.

Я делаю шаг, обнимаю руками за шею и бормочу:

– Спасибо. Хорошо. Я буду рада познакомиться с ними.

40 глава. Прозрение.