Читаем Четвёртый ингредиент (CИ) полностью

      О его авторе, Вальтере Хенли, известно немного. Рыцарь, участвовал в крестовых походах, затем удалился в монастырь. Среди постов и молитв и родилось это замечателное произведение. Замечательное потому, что в нем описываются исключительно наблюдения и опыт самого Хенли. Человека, разорвавшего путы невежества, не предвзято взглянувшего на окружающий его мир. Он не цитирует античных авторов. Да, и для большинства почв Центральной и Северной Европы они не пригодны. Но дает не менее изощренные советы.

      «Земли известковые и песчанные не следует переворачивать пока они влажны. При посеве, они должны быть слегка увлажнены... В болотистой и сырой земле проводите канавы, дабы земля освобождалась от воды», предупреждает он. И первым из европейцев предлагает использовать солому, как удобрение: «Не продавайте солому, не снимайте ее с поля, иначе потеряете больше, чем приобретете».

        Практика, практика и еще раз практика. Вот, что удалось совершенствовать в Европе той поры. Наука оставалась уделом монахов-затворников и дон-кихотов с университетским образованием. В тринадцатом столетии закончилась ожесточенная борьба между Римом и германскими императорами. Верх одержала папская власть.  И «черная наука», наука церковная, казалось, получила неоспоримые преимущества. Перед «белой», светской. Но вмешалась третья сила – Святая Инквизиция.

          «Почтенная организация», чьи задачи состояли в «обнаружении, наказании и предотвращении ересей», служила разным богам и религиям. Поэтому существовала всегда. Но победа Ватикана дала ей новое имя и исключительное право судить всех мыслящих людей. Казнь Джордано Бруно и присследования Галлилея показали, что она не делала особых различий между представителями обоих лагерей.

          Под ее пасторским присмотром и начал свою деятельность Альберт фон Больштедт или просто Альберт Великий.  Монах-доминиканец, теолог, и будущий учитель Фомы Аквинского, убеждал своих учеников: «Один лишь опыт удостоверяет». Смелое утверждение для человека, не выпускавшего из рук требника. А как же авторитеты церкви, Аристотель, наконец? Критиковать знаменитого грека в ту пору считалось не допустимым вольнодумством. 

        Но Альберт потому и стал Великим, что проявил необыкновенную для монаха отвагу. В введении к сочинениям эллина он посмел заявить: «Кроме того, мы будем делать ОТСТУПЛЕНИЯ, объясняющие СОМНИТЕЛЬНЫЕ места».      

        Его книга «О растениях» и стала тем самым отступлением от Аристотеля и веры в авторитеты. А утверждения, будто жизненное начало земли состоит в «гуморах» - соках (читай, в почвенных растворах); презираемая еще недавно «радость всходов», навоз – не просто продукт пищеварения животных, а часть всеобщего разложения, происходящего в природе, в результате обращающаяся в пепел (понимай, распадающаяся на минералы и соли), отчего эти «гуморы» становятся густыми и питательными для растений. Скорее не объяснением, а опровержением догм, бытовавших еще с античных времен.  

         Ученый удивительно чувствовал природу. «Обнаженное, обессиленное поле на третий - четвертый год, оставаясь под лучами солнца воспринимает его силу и начинает плодоносить, - замечает он. - Одному полю эта сила возвращается быстрее, другому позже сообразно ее свойствам: влажности, тучности, пористости и мягкости». Солнце и плодородие – гениальная догадка! Монах увидел в почве аккумулятор энергии, хотя, возможно, даже не осознал это до конца.

         Многие ли в наше либеральнообразное время, вот так запросто, берутся критиковать СОМНИТЕЛЬНЫЕ идеи непререкаемых авторов? Особенно, если правоту «идолов» защищают могущественные комитеты, комиссариаты, вроде Inquisitio Haereticae Pravitatis Sanctum Officium или «Святой отдел расследований еретической греховности» или просто - Святая Инквизиция. 

        Плохо справились с возложенными на них обязанностями «святые отцы», коли оставила без ответа столь скандальное произведение. Впрочем, нерадивость, слепота и глухота – главные достоинства любой власти. Именно, достоинства, а не недостатки, ибо, в противном случае, все разумное давно бы было изгнано из нашей жизни.

         Потому-то в Европу и пришла эпоха Возрождения...