Читаем Четвертый путь полностью

О. Это не совсем так. Как я сказал, имеется много различных категорий людей. Имеются люди, чьи жизни повторяются автоматически в точности одинаковым образом. Другие люди могут иметь различные небольшие изменения и модификации, все на одном и том же уровне. Тогда третья категория, грубо говоря, может иметь некоторую возможность в том смысле, что изменения, которые происходят в их жизни, не совсем бесцельны, но становятся ближе и ближе к некоторым В-влияниям. Затем четвертая категория подходит ближе к возможности встречи со школой. Основное, что необходимо понять, это что люди не равны в отношении к этим возможностям. И, конечно, те люди, которые уже нашли некоторую возможность и отказались от нее, показали себя неспособными к развитию.

В. Я все еще не понимаю, почему время должно быть ограничено для того, кто работал, и не ограничено для того, кто не работал? О. Для того, кто не начал пробуждаться, время не учитывается, так как оно не существует. Все повторяется, всегда одна и та же вещь, снова и снова. Вы можете взять это таким образом: знание ограничено, но так как такие люди не берут никакого знания, для них оно не ограничено. Затем, как я сказал, вы можете провести сравнение с обычной школой: невозможно оставаться все время в одном и том же классе — человек должен либо идти вперед, либо уйти. Поставлены определенные требования, и если люди не выполняют этих требований, они могут потерять возможность. Поэтому, если человек начал работать, он должен продолжать. Допустите, что кто-то начинает работать, а затем перестает. Это показывает его неспособность к работе, а тогда каков смысл его существования? Попытайтесь подумать об этом с этой точки зрения.

В. Каждому ли доступен один из путей в каком-то цикле?

О. Я не знаю, и мы не можем знать таких вещей; мы можем говорить только о самих себе. Мы имеем шанс, это все, что мы знаем, поэтому мы должны думать о себе.

В. Будущая работа похожа, кажется, на ходьбу по натянутой проволоке. Можно ли надеяться позднее достичь другого уровня устойчивости?

О. Всякое состояние, в том числе и сон, имеет много разных форм. Могут быть сон с возможностью пробуждения, сон с меньшей возможностью пробуждения и сон безо всякой возможности пробуждения.

В. Необходимо ли изменить что-то в сущности для того, чтобы обладать памятью о другом возвращении?

О. Нет, необходимо стать сознательным в этой жизни. Вы имеете только эту жизнь. Вы можете сказать себе: “Я жил раньше и я не помню этого. Это значит, что если я буду жить снова, я снова не буду помнить”. Если вы становитесь сознательными в этой жизни, вы будете помнить, и вы будете помнить столько, сколько вы помните теперь. Если вы не помните себя теперь, тогда в следующий раз вы снова не будете помнить себя, и поэтому все будет одним и тем же. Возможность изменения начинается только с возможностью начать вспоминать себя теперь. Все остальное лишь слова.

В. Если личность умирает вместе с нами, что дадут для будущего возвращения попытки ослабить ее?

О. Нет необходимости подходить к этому догматически; когда мы говорим о возвращении, мы говорим о “чем-то”, что возвращается, и это “что-то” хранит в себе следы всех созданных стремлений. Если стремление к ослаблению личности было создано, оно будет продолжаться; а если было создано противоположное стремление, стремление к усилению личности, опять-таки оно будет продолжаться. Совершенно верно, что личность умирает, но если это “что-то” возвращается, тоща те же причины будут производить те же следствия. Если были созданы некоторые новые стремления, они также будут иметь свое следствие. Поэтому человек, который показал любовь ко сну с самого детства, может впасть в сон даже раньше.

В. Тогда единственной вещью, которую мы можем сохранить, является изменение, которое мы совершаем в сущности?

О. Нет, сначала вы должны произвести изменения в личности. В. Но оно не будет продолжаться!

О. Это единственная вещь, которую мы можем делать. Только очень немногие люди могут работать над сущностью. Это не преимущество, так как работа над сущностью очень трудна; но это может случиться. Обычно мы работаем над личностью, и это единственная работа, которую мы можем делать. И если мы действительно работаем, это приведет нас куда-то. Иногда стремления имеются в сущности, а иногда в личности, но мне не хотелось бы формулировать это как “сущность” и “личность”. Я сказал бы просто, что мы должны ослаблять некоторые стремления и усиливать другие, ослаблять механические стремления и усиливать сознательные стремления. Это есть единственная возможная формулировка; все иное было бы неуместным.

В, Мне кажется, что личность, физическое тело и внешний вид слишком неустойчивы для возвращения.