Читаем Четвертая сестра полностью

Бабушка: Да знаешь ты ее, знаешь. Так вот, о вампире. Прошлым вечером он на нее набросился и как вцепится… Укусил ее за левую ногу… нет, за правую… нет, вру, за левую… а потом вырвал зубами кусок ляжки. Раньше, при коммунистах, жратвы было от пуза. А нынче народ голодает… Нет, в правую ногу вцепился, точно, в правую.

Генерал: Да я готов отдать и руки, и ноги, только бы матушка-Россия жила. Но что я могу? Моя покойная жена… хорошо, что она этого не видит. А вы, Акулина Ивановна, опять шлепанцы обуть забыли. Глядите, весь пол изгваздали.

Бабушка: Да переобуюсь я, переобуюсь!.

Генерал: Дочерям моим все никак замуж не выйти… Да и какой идиот сегодня станет жениться, если можно перепихнуться и так?

Бабушка: Не говори так. Вот в мое время бабы напоказ все свое хозяйство выставляли, по самые помидоры, а нынче не так. Ты за дочерей не бойся. Они хорошие девочки. А Таня вообще что-то особенное! Какая у нее походка. Не идет — танцует!

Генерал: Все свои сбережения я вложил в ее уроки танцев. Даже курить бросил, чтобы не тратиться на сигареты. (Достает сигареты, закуривает, протягивает одну Бабушке, та тоже закуривает.) Катя окончила юридический и кормит зверей в цирке.

Бабушка: Танечка станет второй Плисецкой. Вы еще будете жить во дворце.

Генерал: Не будем. А Вера спуталась с женатым мужиком.

Бабушка: Так ведь он политик. Помяни мое слово — будете.

Генерал: Нет, не будем.

Бабушка: Это почему?

Генерал: Потому что я уже два месяца не плачу за уроки танцев.

Бабушка: Неужели?

Генерал: Так точно!

Бабушка: Но почему?

Генерал: Потому что у меня депрессия. А когда у человека депрессия, он пьет. А когда он пьет, он курит.

Бабушка: Само собой.

Генерал: Они вышибли Танюшку, но она пока об этом не знает.

Бабушка: Не знает?

Генерал: Язык не поворачивается сказать ей об этом. Я пытался заработать немного денег. Пробовался в модели.

Бабушка: Модели?

Генерал: Они спросили, когда я в последний раз выходил на подиум. Я ответил: в Кабуле. Но они меня не взяли.

Бабушка(разливает водку в две баночки из-под горчицы): Ну, за тех, кто не вернулся из боя!

Генерал: Случись это годиков на пять раньше, этот потаскун из Вашингтона не говорил бы с нами свысока. Наши армии форсированным маршем прошли бы через Балканы.

Генерал быстро опорожняет банку, Бабушка тут же наливает ему вторую.

Бабушка: Между первой и второй перерывчик небольшой.

Пьют.

Генерал: Когда этого пидора призывали в армию, он откосил от службы. Мы предали наших славянских братьев… Коля!

Коля, мальчик, который должен выглядеть как можно моложе, высовывается из-за занавеса. В идеале он должен казаться двенадцатилетним. Он бедно одет и выглядит затюканным. Пересекает сцену и исчезает.

Генерал: Вот ведь в чем загогулина. Все деньги у америкосов. Так? Так!

Бабушка: Попробуем-ка смешать водку с компотом.

Открывает компот и разливает его по баночкам.

Коля возвращается с большой корзиной накрахмаленного постельного белья. Ставит корзину и исчезает за занавеской.

Генерал: Они меняют белье раз в две недели. А я — каждый день. Последний шанс остаться человеком — не опускаться, следить за собой. Коля!

Коля снова высовывается из-за ширмы.

Вымой пол. Акулина Ивановна опять изволила наследить. Это тебе вместо наряда вне очереди.

Коля готовится мыть пол. Берет швабру, ведро и прочее.

Бабушка: Наряд вне очереди? За что?

Генерал: А хрен его знает. Чтобы служба медом не казалась.

Бабушка: За какие такие грехи? Я-то знаю, генерал, душа у тебя добрая. (Указывает на Колю.) Сироту вот пригрел.

Генерал: Я на улице его подобрал. Шлялся он там, как пес бездомный. А люди все же не звери. С людьми ласка нужна. А нас все бросили…