Читаем Четверо со «Сринагара» полностью

— Ладно. Я сказал тебе все, что мог. И я хотел бы услышать кое-что и от тебя. Так что перейдем к делу. Эллен Эмерсон. Она нам нужна. И мы ее найдем. Если ты можешь нам помочь, то лучше будет, если ты сделаешь это сейчас.

— Я ведь сказал тебе все, что ей известно.

— Все, что ей кажется, что ей известно!

— Что это значит?

Я еще никогда не видел его настолько серьезным, как сейчас. И это меня насторожило.

— Частный детектив наподобие тебя, — сказал Сэм, — может работать, основываясь на интуиции, на телепатии, на том, что ему в башку взбредет. Но мы работаем, основываясь только на фактах. А факты утверждают, что из дома Велдена вышло двое мужчин и одна женщина. Но что произошло на самом деле, никто не знает.

— К чему ты клонишь, Сэм?

— К тому, что она не просто свидетельница. Она — подозреваемая, понял? Откуда мы знаем, что это не она его убила?

Я даже не подумал об этой версии, настолько она мне казалась дикой. Я сказал об этом Сэму, но выражение его лица не изменилось ни на йоту и не стало более приветливым.

На его столе лежала раскрытая книга в синем переплете. Я заметил ее сразу, как вошел сюда. Сэм поднял книгу.

— Ты знаешь, что это?

— Похоже на Уголовный кодекс штата Калифорния.

— Он самый. Ты читал примечание к нему, не так ли?

Голос его звучал жестко и неумолимо.

— Читал...

В примечании определялись действия частных сыскных бюро и адвокатских контор. Я уже предчувствовал, что Сэм собирался мне сказать.

Он почти насквозь прокусил свою сигару.

— Статья V. Раздел 7551. «Директор департамента имеет право подтвердить или изъять лицензию, указанную в данной статье, в случае, если он...» и так далее, и так далее. — Сэмсон остановил на мне острый взгляд своих карих глаз. — Далее идут тринадцать подпунктов. Возьмем, к примеру, предпоследний, — он снова опустил глаза в книгу. — «...если он убедится в нарушении статьи 148-й Уголовного кодекса...»

— Я никогда не нарушал никаких статей...

— А ты знаешь, о чем гласит статья 148-я?

— Да. Я знаю, что это такое.

— А я не совсем уверен в этом, — он перелистал несколько страниц и прочел: «Оказание противодействия офицеру государственной службы при исполнении им служебных обязанностей. Каждый, кто намеренно препятствует офицеру государственной службы, дает ложные показания или скрывает сведения, необходимые для исполнения офицером своих функций, вводит в заблуждение или пытается ввести в заблуждение лиц, ответственных за исполнение закона, в случае, если его действия не влекут за собой проступков, предусмотренных в других статьях УК, подвергается денежному штрафу в размере не менее 5000 долларов и тюремному заключению на срок не менее пяти лет...».

Он захлопнул книгу и взглянул на меня исподлобья.

Я в свое время несколько раз читал этот параграф, но когда Сэмсон прочел его мне, прикусив сигару зубами и бросая слова, словно это были не слова, а гвозди, которые он вбивал в меня по самую шляпку, он произвел на меня совершенно иное впечатление. Мы оба молчали несколько секунд, но мне показалось, будто последняя фраза все еще продолжает звучать в кабинете отражаясь от стен: «пять лет... пять лет...»

Я уже имел возможность заметить, что Фил Сэмсон — мой лучший друг в Лос-Анджелесе. Это правда, и я думаю, что наши чувства обоюдны. Но Сэм — честный, трудолюбивый коп, поднявшийся до своего поста с самых низов. Он любил свою службу. Он обожал и боготворил ее. Я знал, что он готов отдать за меня свою голову, но ни за что на свете он не поступился бы своей честью и убеждениями. Я также знал, что я стоял на самом пороге мышеловки: еще один шаг — и она почти мгновенно захлопнет надо мной крышку. Но я, тем не менее, продолжал сидеть и глядеть с невинным выражением на лице.

— Шелл, — сказал он наконец. — Не заставляй меня прибегать к официальным приемам. У тебя есть, что сказать мне, Шелл?

— К сожалению, нет, Сэм...

Челюсти его сжались так, что на щеках проступили тугие желваки мышц. Он медленно произнес:

— У меня нет никаких доказательств того, что ты знаешь, где находится Эллен Эмерсон. Ты не помог мне даже намеком отыскать ее след. Но если этот след имеется, я найду его. И, можешь мне поверить, долго ждать не придется. Так что... — он помолчал и затем произнес, медленно цедя слова, словно ему было трудно протаскивать их через горло. — Так что постарайся, чтобы я больше не видел тебя здесь, Шелл. По крайней мере, до тех пор, пока вся эта кутерьма не уляжется. Мне чертовски не хочется принимать участие в твоем аресте...

Вот так мы и расстались.

Я воспользовался отмычкой, чтобы проникнуть в контору Велдена на Уилширском бульваре на третьем этаже большого здания Уиттер Билдинг. Большинство документов, которые я просматривал в течение следующего часа, почти ничего для меня не значили: я не счетовод. Но я обнаружил несколько любопытных вещей, хотя и не был уверен в том, что они смогут мне пригодиться.