Читаем Черный потоп полностью

Видимо, Вауыгрр рассуждал так же, потому что в следующий момент он тоже оказался на вампале. Его мощные клыки были бесполезны при атаках покрытого длинной жесткой шерстью туловища нечисти, но теперь волк, взрыкнув в боевом азарте, набросился на одну из голов чудовища, стараясь добраться до глаз. Сашка в это время орудовал мечом и веером дао — страшным оружием в умелых руках. Намоленные и заговоренные лезвия рвали тело врага, раз за разом проникая все глубже и глубже. Вампал отчаянно ревел, пытаясь подняться, а по снегу уже текли даже не ручьи — потоки вонючей, зеленоватой крови…

Видимо четки не выдержали: гигант начал подниматься. Сашка вогнал дао-веер в тело вампала по самую рукоять и повис на нем, уцепившись одной рукой. Меч в другой руке продолжал методично рубить врага, который теперь уже не ревел, а орал от невыносимой муки.

Вауыгрр тоже умудрился не скатиться со вставшего на задние лапы чудовища. В последний момент он вцепился вампалу в нижнюю губу второй левой головы и теперь висел подобно непонятному фрукту, выросшему на огромном корявом дереве. Нечисть попыталась сорвать его лапами, но это заметил Сашка и тут же изо всех сил врезал гиганту под мышку мечом.

От этого удара вампал вздрогнул, а потом, словно огромное дерево, сваленное ударом молнии, начал медленно заваливаться на бок.

«Прыгаем! Раздавит!»

Сашка отскочил вовремя. Огромная туша рухнула наземь и забилась в агонии. Три уцелевшие головы хрипели и дико вращали огромными, плошкообразными глазами, а когтистые лапы мотались в воздухе туда-сюда. Александр следил за происходящим, точно завороженный. Рядом стоял еще подрагивающий от возбуждения Вауыгрр…

«Вот завалили, так завалили… Будет теперь чем перед волчицами похвастаться…»

Вот в последний раз проскребли по заснеженной земле чудовищные когти, вот вытаращенные глаза подернулись мутной смертной пленкой…

«Ого! Когда это тебя так? — Сашка вытащил индпакет, мечом отрубил пару подходящих веток и начал быстро накладывать шину на волчью лапу. — Как это ты еще стоять-то мог? Открытый перелом…»

Вауыгрр скосил на него свои невероятные льдисто-синие глаза:

«Да? То-то я чувствую — в лапе какое-то покалывание… Ты лучше на себя посмотри! — волчья мысль наполнилась тревогой. — На тебе вообще, похоже, живого места нет!»

«Да фиг с ним: раз стою, значит — живой… Ты Тень не видел?»

Волк оглянулся:

«Нет… Вожак! Вожак, ты жив?!!»

«Не дождетесь, — Тень с трудом поднялся, придерживая неестественно вывернутую руку. — Еще такую нечисть не придумали, чтобы против ГПУ устояла…»

…Вертолет за ними прибыл через сорок минут. Сашка считал, что это достаточно быстро, но Тень, которого к тому времени уже перевязали и накачали всеми имевшимися обезболивающими и тонизирующими препаратами, устроил экипажу летунов истинно генеральский разнос, после которого оба пилота могли только икать. Дальше были Владикавказ, пересадка в самолет и две недели в каком-то санатории, скрытом от посторонних глаз в дремучих вологодских лесах.

После санатория Сашку и Вауыгрра вызвал к себе Капитан. Одних, без Тени. Генерал-майор Серебрянский остался в санатории еще на некоторое время, вплоть до полного восстановления сил…

— …Проходи, лейтенант, проходи, — Капитан был сама любезность. — Присаживайся и рассказывай: что у вас там, в горах Кавказа, получилось? Чай, кофе, коньяк?

От чая Сашка на всякий случай отказался и довольно сжато начал рассказывать ему о схватке с вампалом. Он не слишком хорошо понимал, зачем все это рассказывал: все, что он знал и помнил, было изложено в отчете, но если начальство желает…

— Та-та-та… — неожиданно перебил генерал-полковник, чью фамилию Сашке так и не удосужились сообщить. — Это я все читал — грамоте обучен. Я просил о другом рассказать.

— О чем, товарищ генерал-полковник?

Капитан внимательно посмотрел на сидящего перед ним человека, потом удостоил столь же внимательным взглядом волка:

— А хочу я знать, голуби мои сизокрылые, что вы чувствовали? Как решения принимали, почему именно так решали, а не иначе? Не затруднит удовлетворить старческое любопытство?

«Тоже мне, нашелся старик…»

«Нет, брат, он и в самом деле очень давно живет. Я же чувствую…»

«Вас не затруднит оставить на потом обсуждение моего возраста и перейти к ответам на заданные вопросы?..»

— …Значит, бояться просто не успевал? — Капитан хмыкнул и вдруг как-то очень смешно скривился. — Вот ведь, смена какая выросла! Мы-то, сирые да убогие, иной раз так пужались, что аж живот послабляло. А вы, стало быть, ничего да никого не боитесь… Не успеваете, а?

«По-моему, это мы зря — про то, что не боялись…»

«Да я, — волк вскочил и хлестнул себя хвостом по боку, — я на самом деле не успел. Разве что в самом конце… когда оно снова встало…»

«Вот с этого места поподробней, серый охотник. Что ощущал, когда „оно встало“? И за кого больше всего боялся?»

Волк уселся на пол с видом крайне задумчивым:

«Наверное, больше всего испугался, что брат сейчас упадет и этот его растопчет…»

— А ты? — Капитан повернулся к Сашке. — Тебе когда страшнее всего стало?