Читаем Черный поток полностью

Зигунов резко втянул носом воздух и с силой потер лицо. Так, без паники! Всему должно быть рациональное объяснение… Одно плохо – в данной ситуации рациональное, вероятно, было и самым страшным.

Служебная машина везла Зигунова по темным пустым улицам предрассветного города, неприятно шурша шинами по асфальту. Впрочем, после всего увиденного в квартире Милы Котайкиной неприятным казалось абсолютно все. Петр никак не мог выбросить из головы сожженное кислотой тело блогерши. Он работал далеко не первый день и повидал многое, но этот случай выходил уже за всякие рамки. Это как же нужно было ненавидеть девушку, чтобы сделать с ней такое?

Скрипнув зубами, Петр уставился в окно. Бегущая за стеклом череда улиц должна была бы его успокоить, отвлечь. Но вместо этого в каждом темном пятне ему мерещилась мертвая Мила, от которой отваливались куски сожженной кислотой плоти. А самым отвратительным было то, что рядом с ней майор видел Владика. Фигура и лицо мальчика тревожным наваждением мерцали и расплывались в ночной мгле. Зигунов даже не смог бы уверенно сказать, что это его сын. Тем не менее он в этом не усомнился ни на секунду. Там, в холодной темноте его ребенок держал за руку убитую девушку и махал отцу, словно подзывая того составить им компанию.

Владик, что ты там делаешь?! Иди сюда!

Но мальчик только улыбался в ответ черным провалом лица. С каждой следующей тенью его фигура становилась выше, плечи раздавались вширь, и вот уже взрослый мужчина, скрывающий лицо в густой тени капюшона, улыбается издевательской улыбкой. Из растянутого рта течет кровь, зубы вываливаются из десен и медленно падают на мостовую лепестками весенней яблони. А со всех сторон накатывает непроглядный мрак, внутри которого клубятся изуродованные лица Милы Милый кот.

– Милый, милый, – зовет она Петра булькающим голосом. – Кис-кис-кис. Иди к нам. Иди, я почитаю тебе книжку.

На плечо ложится тяжелая железная рука человека в капюшоне, дышать становится тяжело. Еще миг, и она раздавит, размозжит кости, плеснет кислотой в лицо…

– Товарищ майор, приехали, – раздался откуда-то издалека голос водителя. Он легонько похлопал Петра по плечу и устало усмехнулся.

Зигунов протер слипшиеся от сна веки, кивнул в знак благодарности и вышел.

Дома было тихо – Катя и Владик спали, только часы на кухне мерно тикали, отсчитывая мгновения. Через час-полтора домашние проснутся, так что ложиться сейчас спать – дурная затея. Да и после кошмара, который приснился в машине, сон сдуло совершенно. Нет уж, лучше выпить чаю и дождаться, пока жена с сыном встанут, а потом уж… Тем более что это убийство подкинуло очень, прямо очень много пищи для размышлений. Да еще эти кубки с перстнями. Рисунки Владика никак не шли из головы. Нужно было упорядочить информацию, чтоб она перестала болтаться в голове, как дерьмо в проруби.

Зигунов сунул ноги в тапки, пошел на кухню.

«Очень странно, – думал он, набирая воду в чайник, – что в таком фешенебельном доме на входе работала только одна камера. Консьержка сказала, что у них там накануне что-то замкнуло. Мастера вызвали, но приехать он должен был только завтра, то есть уже сегодня. Интересно, что за замыкание такое, которое выводит из строя пять камер наблюдения, но не выводит шестую? Как они там у них подключены? Надо будет спецам эту загадку загадать, пусть проверят.

А видео с оставшейся камеры абсолютно идентично тому, которое было в доме Красовского заснято. Такое впечатление, что специально прям кадр в кадр поставлено. Издевается, гад».

Петр, поджав от раздражения губы, ткнул чайник на огонь.

Значит, чутье его не подвело – Ларин не тот, кто им был нужен, не убийца. Похоже, он просто несчастный идиот, который оговорил себя в попытке изменить свою скучную пустую жизнь. Сделать ее главой приключенческого романа. Вот же… Столько времени из-за него потеряли!

Глядя сегодня на запись с камеры дома Милы, майор наконец-то понял, что так долго не давало ему покоя после ареста Ларина. Он помнил фигуру подозреваемого в балахоне с капюшоном и главное – его манеру двигаться. Подозреваемый был, судя по движениям, сравнительно молодой, собранный, активный. Во всяком случае, в гораздо лучшей форме, чем Ларин, который еле ноги передвигал. Конечно, арестованный вполне мог быть замешан, и на видео фигурировал его соучастник или последователь (что сомнительно). Или сам он в момент преступления начинал вести себя более собранно, и арест его, конечно, подломил… Ладно… В конце концов, из ИВС Ларин никуда не убежит, а вот второй…

Второму наглости и уверенности было, бесспорно, не занимать. Направляясь к Котайкиной, он даже оделся совершенно так же, как перед убийством процентщика и его внука. А что, в прошлый раз же сработало на ура – опера так и не смогли идентифицировать личность неизвестного.