Читаем Черный пес полностью

Вернувшись домой, Тень обнаружил, что Оливер наконец выбрался из спальни и сидит на кухне с чашкой чая в одной руке и книжкой по римской архитектуре – в другой. Одет он был вполне прилично для дома – в пижамные штаны и клетчатый халат. Более того, он успел побрить подбородок и подровнять бакенбарды.

– Мне вроде немного полегчало, – сообщил он при виде Тени и тут же спросил: – А у тебя такое когда-нибудь бывало? Ну, депрессия или вроде того?

– Пожалуй, что да, – ответил Тень. – Когда моя жена умерла. Все стало пустым и плоским. Как будто вся жизнь потеряла смысл.

Оливер кивнул:

– Нелегко, да. Иногда мне кажется, что этот черный пес настоящий. Я лежу в постели и думаю о той картине Фюсли – ну, знаешь, где ночной кошмар сидит у спящей девушки на груди. Как Анубис. Или это Сет? Такая большая черная тварь. Кстати, а Сет вообще кто был? Что-то вроде осла?

– Никогда не сталкивался с Сетом, – пожал плечами Тень. – Когда я родился, его уже не было.

Оливер рассмеялся.

– Очень смешно. А еще говорят, мол, у вас, американцев, нет чувства юмора. – И, помолчав, добавил: – Ну да ладно. Все уже позади. Я, кажется, оклемался. Готов выйти в мир. – Он отхлебнул чаю. – Правда, мне теперь как-то неловко. Стыдно за всю эту чушь. Но с собакой Баскервилей покончено.

– Тут нечего стыдиться, – заметил Тень, а про себя подумал, что этих англичан хлебом не корми – дай только постыдиться всласть.

– Ну-у… знаешь, это и правда глупо. И мне уже действительно гораздо лучше.

Тень кивнул:

– Ну, раз такое дело, мне, пожалуй, пора собираться. Двинусь дальше на юг.

– Не торопись, – попросил Оливер. – Хорошая компания на дороге не валяется. Мы с Мойрой на самом деле редко выбираемся на люди. Разве что в паб, но это развлечение так себе.

Мойра вернулась из сада.

– Секатор никто не видел? – спросила она. – Я знаю, он точно где-то тут. Никогда не помню, что куда положила.

Тень покачал головой: он и не знал, как выглядит секатор. Он подумал, не рассказать ли о кошках на холме, но не нашел слов, чтобы передать, как все это было странно, а потому просто брякнул первое, что пришло на ум:

– А я сегодня встретил Кэсси Бергласс на Водановом холме. Она мне показала Врата ада.

Мойра и Оливер молча уставились на него. Воцарилась неловкая тишина.

– Она их рисовала, – добавил Тень.

– Ничего не понимаю, – процедил Оливер, не сводя с него глаз.

– Ну, я с ней и до того пару раз встречался, – попытался объяснить Тень.

– Что ты такое несешь? – вспыхнула Мойра. – Как ты смеешь? Да кто ты такой вообще?

– Я?.. Я никто, – опешил Тень. – Она сама со мной заговорила. Сказала, что раньше вы с ней вроде как были вместе.

Мойра посмотрела на него так, словно хотела влепить ему пощечину, но все-таки взяла себя в руки:

– Когда мы расстались, она отсюда уехала. А расстались мы по-плохому. Она очень обиделась. И вела себя просто отвратительно. А потом просто взяла и уехала посреди ночи. Насовсем.

– Я не желаю говорить об этой женщине, – тихо произнес Оливер. – Ни сейчас, ни вообще.

– Слушайте, она же была вместе с нами в пабе! – напомнил Тень. – Ну, тем вечером, когда мы с вами познакомились. И вам это вроде как не мешало.

Мойра снова уставилась на него, как на сумасшедшего, но промолчала, хотя что-то явно вертелось у нее на языке. А Оливер только потер лоб и пробормотал:

– Я ее не видел.

– Ну, так или иначе, сегодня она передавала вам обоим привет, – сообщил Тень. – Она сказала, что готова с вами встретиться, если вы хотите с ней поговорить.

– Нам не о чем с ней говорить! – отрезала Мойра. Щеки ее раскраснелись, глаза блестели от подступивших слез. – Я просто поверить не могу, что эта долбаная тварь опять суется в нашу жизнь – после всего, через что нам пришлось пройти по ее милости!

Тень подумал, что Мойре и хотелось бы выразиться покрепче, но ругаться она то ли не привыкла, то ли стеснялась.

Оливер отложил книгу.

– Прошу прощения, но что-то мне нехорошо.

С этими словами он поднялся, ушел в спальню и закрыл за собой дверь.

Мойра машинально взяла со стола его кружку, выплеснула в раковину остатки чая и включила воду.

– Ну что, доволен? – процедила она сквозь зубы, оттирая кружку белой пластиковой мочалкой так яростно, как будто пыталась соскрести с фарфора рисунок – сельский домик в стиле Беатрис Поттер. – А ведь он только-только пошел на поправку!

– Да я и понятия не имел, что он из-за этого так расстроится! – возразил Тень и тут же почувствовал себя дураком. Он ведь знал, что между Кэсси и приютившей его парой произошло что-то неприятное. Можно было просто ничего не говорить. Молчать всегда безопаснее.

Мойра вытерла кружку насухо кухонным полотенцем – зеленым, как трава, с белыми пятнами в форме мультяшных овечек. Так и застыв с полотенцем и кружкой в руках, она прикусила губу, и по щекам ее наконец покатились слезы.

– Она обо мне что-то говорила?

– Только что вы с ней были парой.

Мойра кивнула и тем же забавным кухонным полотенцем промокнула лицо – то ли молодое, то ли старое: Тень все никак не мог понять, сколько же ей лет.