Читаем Черный лед полностью

Ожидая, пока надзиратели приведут Тиджа, Босх услышал шум, доносившийся в комнату сквозь запертую решетчатую дверь. Это был голос самой тюрьмы — гул сотен голосов, старавшихся перекричать друг друга, и усиленный многократным эхом металлический грохот и лязг. Особенно отчетливо доносились хлопки стальных дверей и — иногда — чьи-то громкие вопли.

За решеткой двери появился охранник.

— Погодите еще немного, парни. Тидж в медпункте, сейчас вам его доставят.

Он исчез так быстро, что ни Босх, ни Рикард не успели спросить, что, собственно, случилось. Гарри тем не менее почувствовал в горле горький комок, хотя Тидж был ему совершенно чужим. Бросив быстрый взгляд на Рикарда, Босх увидел, что коп улыбается.

— Поглядим, как он будет теперь себя вести, — сказал Рикард.

Босх не разделял того удовольствия, которое, казалось, испытывал коп из БАНГ, хотя и понимал, что такова оборотная сторона профессии полицейского. Имея дело с отчаянными людьми, часто приходится прибегать к крайним мерам. Он согласился на то, чтобы Тиджа поместили в «Семь тысяч», только потому, что это было его расследование, его дело. Чему радуется Рикард, Гарри не понимал.

— Чего ты хочешь? — негромко спросил он. — Почему ты вообще помогаешь мне?

— Чего я хочу? Хочу знать, что произошло. На мой взгляд, только ты способен дать мне ответ, поэтому я и помогаю. Пускай это даже будет стоить Тиджу порванной задницы. От тебя мне нужно одно, Босх: скажи, что такого сделал Кэл и как быть с его смертью дальше?

Босх откинулся на спинку скамьи, размышляя над ответом. Громила за дальним концом стола вдруг повысил голос, очевидно, не соглашаясь на предложения адвокатессы, и охранник, отлепившись от стены, шагнул вперед и угрожающе опустил руки на пояс. Рукава его рубашки были высоко закатаны, чугунные мускулы так и переливались под кожей. Громила сразу притих. Только теперь Босх разглядел на массивном левом предплечье охранника татуировку в виде букв «CL»: они темнели на светлой коже словно тавро. Гарри знал, что официально охранники утверждали, будто это сокращение означает «Клуб Линвуд» — название шерифского поста в одноименном пригороде Лос-Анджелеса, перенасыщенном бандитскими группировками, однако известно ему было и другое толкование — chango luchador — «борец с обезьянами». Охранник сам был членом банды, которому власти штата платили зарплату и разрешали носить оружие.

Босх отвернулся. Ему хотелось курить, но в округе недавно приняли закон против курения в общественных зданиях. В эту категорию попала и тюрьма, что едва не привело к восстанию среди заключенных.

— Признаться, — отозвался Босх, — я пока не знаю, что сказать тебе насчет Мура. Я и работаю над этим делом, и не работаю, если ты понимаешь, что имеется в виду. Дело Мура перекрывает два других убийства, которые я расследую, поэтому избежать его я никак не могу. Если парень сдаст Дэнса, это здорово мне поможет. Дэнс пригодился бы мне в расследовании этих двух дел и, возможно, пролил бы свет на тайну смерти Кэла. Но я не берусь утверждать наверняка. Пока мне известно только одно — обстоятельства смерти Мура таковы, что нельзя исключить убийство. Об этом, кстати, объявят сегодня на пресс-конференции. Но руководство умолчит о том, что Мур переступил черту, которую коп не имеет права переходить. Вот почему ОВР взял его след. Кэл перешел на другую сторону.

— Не может быть, — не слишком убежденно возразил Рикард. — Не может быть, Босх, я бы знал, я бы почувствовал.

— Человека очень трудно раскусить, приятель. Под каждой крышей свои мыши.

— И что они замышляют там, в Паркер-центре?

— Откуда я знаю? Впрочем, мне кажется, наши высшие чины растеряны и не знают, на что решиться. Сначала они хотели сделать вид, будто это самоубийство, и спустить дело на тормозах, но главный патологоанатом погнал волну, и им пришлось признать насильственную смерть. Вместе с тем я не рассчитываю, что сегодня на Спринг-стрит Ирвинг вытряхнет из корзины все грязное белье, позволив репортерам вдоволь в нем покопаться.

— Да уж, наши шишки любят держать свое дерьмо под подушкой, — вздохнул Рикард. — Я не собираюсь им помогать. Что касается Мура, то мне плевать, перешел он черту или нет. Я видел его в деле и могу сказать — он был отличным копом. Как-то раз Кэл один, без страховки, отправился на «стартовую площадку»[6] и взял четырех торговцев. Я видел, как он встал между проституткой и ее сутенером и принял на себя удар, а потом выплюнул зубы на мостовую. Я сам был с ним, когда Мур девять раз подряд проехал на красный свет, пытаясь доставить в больницу старика наркомана, который загибался от передозировки героина. Все это не станет делать купленный коп, коп, который «берет». Вот поэтому я и уверен, что если Кэл действительно переступил черту, то он пытался вернуться. За это его и убрали.

Рикард замолчал, а Босх не спешил нарушить наступившую тишину. Оба отлично знали, что копу, перешедшему на другую сторону, нет пути назад. Потом Гарри услышал шаги, приближающиеся к закрытой двери.