Читаем Черный лед полностью

Следующим в папке лежал датированный девятым ноября рапорт об аресте некоего Мервина Дэнса, обвиненного в хранении запрещенных наркотических веществ с целью сбыта. В рапорте утверждалось, что Дэнс был задержан сотрудниками подразделения БАНГ после того, как передал партию «черного льда» уличному торговцу. Рикард и Финкс засекли его на Айвер-стрит, севернее Бульвара, когда подозреваемый сидел в припаркованной по всем правилам машине и словно кого-то ждал. На глазах у обоих офицеров к машине подошел другой человек и сел рядом с ним на переднее сиденье. Если верить рапорту, Дэнс достал что-то изо рта и передал предмет незнакомцу. Тот сразу же выбрался из машины и поспешил прочь. Офицеры разделились; Финкс стал преследовать покупателя. Когда они удалились на такое расстояние, что Дэнс уже не видел их, Финкс задержал незнакомца и обнаружил у него в кармане «восьмерик» — презерватив; в нем лежало восемь порций «черного льда», расфасованных по одному грамму.

Рикард тем временем продолжал наблюдение за Дэнсом, который, оставаясь в машине, поджидал очередного дилера. Получив радиосообщение Финкса о произведенном задержании, Рикард тоже начал действовать.

К сожалению, Дэнс успел проглотить то, что держал во рту, если, конечно, у него там что-то было. Надев на подозреваемого наручники и усадив его на тротуар, Рикард обыскал машину, но никаких наркотиков не нашел. Зато в смятом стаканчике с эмблемой «Макдональдса», валявшемся в водосточном желобе рядом с дверцей машины, оказалось еще шесть презервативов с «черным льдом» — в каждом по восемь граммов.

В результате Дэнса арестовали за продажу и хранение наркотиков с целью сбыта. В рапорте говорилось, что задержанный отказался говорить с полицейскими офицерами о наркотиках, однако утверждал, что стакан из ресторана «МакДоналдс» ему не принадлежит. Дэнс даже не требовал свидания с адвокатом, но примерно через час тот появился в участке сам и заявил офицерам, что в соответствии с конституцией они не имеют права везти задержанного в госпиталь для промывания желудка, равно как и копаться в его испражнениях, когда ему захочется в туалет. Сержант Мур, участвовавший в документальном оформлении задержания в участке, проконсультировался с дежурным заместителем окружного прокурора, и тот подтвердил, что законник абсолютно прав.

В конце концов — всего через два часа после ареста — Дэнса отпустили на свободу под залог в сто двадцать пять тысяч долларов. Это показалось Босху весьма примечательным, поскольку арест был произведен в 23.42. Выходило, что среди ночи Дэнс в течение двух часов обеспечил себя адвокатом, поручителем и необходимыми для внесения залога наличными деньгами в размере десяти процентов от назначенной судьей суммы, что составило ни много ни мало двенадцать с половиной тысяч баксов.

В итоге против Дэнса не было выдвинуто ни одного серьезного обвинения. Босх убедился в этом, просмотрев еще одну страницу в папке, содержащую поступивший из прокурорской службы официальный отказ в возбуждении уголовного дела. Принимая такое решение, помощник окружного прокурора основывался на недостаточном количестве улик. Те, что имелись, не позволяли связать Дэнса со смятым стаканчиком на мостовой, валявшимся в трех футах от машины.

Итак, обвинение в хранении отпадало. Что касается продажи, то об этом и вовсе не упоминалось, поскольку даже полицейские из подразделения БАНГ не видели, чтобы Дэнс получал от покупателя какие-либо деньги после того, как передал ему презерватив с расфасованным «черным льдом».

Семнадцатилетний покупатель наркотиков по имени Гленн Дрюзон категорически отказался свидетельствовать, что получил наркотик от Дэнса. В постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела фактически говорилось: Гленн скорее всего будет настаивать на том, что уже имел наркотик, когда сел в машину Дэнса. В таких обстоятельствах вызов в суд наверняка закончился бы заявлением Гленна о том, будто он сам пытался продать «черный лед» Дэнсу, но тот не заинтересовался предложением.

Тем дело и кончилось. Дэнс вышел на свободу, а Дрюзон, обвиненный в хранении наркотиков с целью сбыта, был освобожден под надзор полиции как несовершеннолетний.

Босх на мгновение отвлекся от документов и окинул взглядом улицу. Вдали виднелось округлое многоэтажное здание «Гильдии директоров», вздымавшее к небу свои стены, отделанные блестящей латунью и стеклом. Из-за него чуть выступала верхушка огромного рекламного щита с портретом «Человека-Мальборо», украшавшего бульвар Сансет столько времени, сколько Гарри себя помнил.