Читаем Черный император (СИ) полностью

Нянек здесь, разумеется, не было, а Палей ко всем прочим странностям был еще и не по возрасту неуклюж, так что Рею пришлось раздевать его самому. Малыш покорно улегся на лавку, и Рей даже постеснялся его привязывать. Пять ударов розгой, и хватит с него. Когда красные полосы вспыхивали на бледной коже, малыш заметно дергался, но упорно молчал, даже не пытаясь увернуться, лишь слезки на глазах проступили.

- Будущий святой... - вздохнул Рей, поднимая братишку с лавки. - Вот только что мне с тобой таким делать-то? Не в то время ты родился на свет, братец, в этом мире тебя сожрут и не поперхнутся. В монастырь пойти? Так там таких умных тоже не слишком привечают. Ладно, живи, как прежде, пока братья тебя защитить могут, а там посмотрим, что из тебя вырастет.

Одев Палея, Рей отнес его обратно на руках. Тот бы и сам, конечно, дошел, но Рею нравилось держать это доверчивое тельце. Нянчить младших братьев ему в жизни не довелось, к младенцам его и близко не подпускали (и правильно делали!), но вот этот малыш явно нуждался в его жизненной энергии и мог дать взамен что-то столь же неосязаемое, но почему-то очень Рею нужное. Об этом еще стоило поразмышлять на досуге, а пока он свое дело сделал, характер младших братьев оценил.

Глава 4.

Совместная жизнь.

Год жизни после приезда Рея казался Марнею если не адом, то, по меньшей мере, Чистилищем, пребывая в котором, он должен был выстрадать право на свое будущее баронство, а в качестве демона-гонителя выступал старший братец собственной персоной. Марней быстро осознал, что все его прежние затруднения и проблемы гроша ломаного не стоили, что родители обращались с ним, как с хрупкой фарфоровой куклой, которую так легко разбить, просто уронив на пол. Но он, Марней, такой куклой не был и упорно не ломался, хотя его гоняли на занятиях бегом, борьбой и фехтованием и в хвост, и в гриву, а потом еще частенько секли за недостаточное усердие. Но если бы он прежний вдруг увидал себя нынешнего в зеркале, то, скорее всего, не поверил бы, что может стать таким.

Марней сильно вытянулся за этот год, раздался в плечах, от жирка на бедрах и следа не осталось, и лишь лицо почему-то оставалось все таким же круглым. Несмотря на многочисленные рубцы от розог, это новое тело нравилось Марнею куда больше прежнего. Теперь никто бы не осмелился обозвать его бабой, равно как и выразить сомнения в его воинских умениях. И он, наконец, получил меч, который был ему по силам. Такой же, как у Рея: легкий и невероятно прочный.