Читаем Черный ящик полностью

Два вечера спустя едкий запах паленой резины и обращенных в пепел людских надежд пропитал все вокруг. Пламя тысячи пожаров в дьявольском танце плясало на фоне черного неба. Выстрелы и полные звериной ненависти выкрики неслись вслед патрульной машине. Но четверо сидевших в автомобиле с бортовым номером и позывным «6-Кинг-16» не реагировали и останавливались только там, где произошли убийства.

Была пятница, 1 мая. Их особая группа предназначалась для ночной работы. Дежурство начиналось в шесть вечера и официально заканчивалось в шесть утра. Босх и Эдгар заняли заднее сиденье, а патрульные Роблето и Делуин расположились впереди. Сидевший на месте пассажира Делуин держал ружье на коленях, направив ствол под углом вверх, чтобы его конец торчал в открытое окно.

Сейчас они ехали к месту обнаружения очередного тела – переулку, ответвлявшемуся от бульвара Креншо. Информация поступила в центр экстренной связи от калифорнийских национальных гвардейцев, дислоцированных в городе на время чрезвычайного положения. Часы показывали только половину одиннадцатого, а сигналы продолжали поступать и накапливаться. С начала смены их группа уже успела поработать на месте одного из убийств – жертвой пал мародер, подстреленный при попытке проникнуть в дисконтный обувной магазин. Стрелял в него владелец заведения.

Поскольку место преступления ограничивалось пространством магазина, Босх и Эдгар работали в относительной безопасности под охраной вооруженных Роблето и Делуина, в полном защитном снаряжении занявших позиции перед входом. К тому же у сыщиков оказалось достаточно времени, чтобы собрать вещественные доказательства, начертить схему происшествия и собственноручно сделать фотографии. Они записали показания владельца магазина и просмотрели видеозапись с камеры наблюдения. На ней было видно, как мародер, орудуя алюминиевой битой для софтбола, разбил стекло входной двери. Потом нырнул в образовавшуюся дыру, но, не успев подняться, получил две пули от хозяина, который затаился за стойкой кассы и выжидал.

Медики из судебно-медицинского отдела не справлялись с многократно выросшим объемом работы, и потому труп на «скорой» доставили в окружной морг при клинике Университета Южной Калифорнии. Там он пробудет до тех пор, пока все не успокоится – если это вообще когда-нибудь случится, – и тогда, возможно, у врачей дойдут руки до положенного вскрытия.

Что же касалось стрелявшего, то Босх и Эдгар не стали брать его под стражу. Пусть работники окружной прокуратуры решают потом, было ли это необходимой самообороной или хладнокровным убийством из засады.

Поступать так не позволяла ни одна должностная инструкция, но сейчас с этим приходилось мириться. Среди царившего повсюду бедлама их миссия сводилась к самому элементарному: собрать улики, составить протокол, причем как можно быстрее, и убедиться, что труп доставлен куда следует.

Приехали, оперативно сработали и отправились дальше. Главное – самим остаться в живых. Настоящее расследование проведут позже. Может быть.

По пути на юг в сторону Креншо им то и дело попадались скопления людей, в основном молодых мужчин, маячивших на перекрестках или группами направлявшихся куда-то. На углу бульвара Креншо и Слосон-стрит толпа, в которой преобладали цвета уличной банды «Крипс», мгновенно завелась при виде полицейского автомобиля, двигавшегося на большой скорости без сирены и других спецсигналов. Вслед машине полетели бутылки и камни, но она мчалась слишком быстро, чтобы эти «снаряды» могли причинить ей вред, лишь усыпав мостовую осколками позади нее.

– Мы еще вернемся, ублюдки! Вот увидите! – выкрикнул Роблето. Босх счел это проявлением чрезмерной горячности. Угроза со стороны молодого патрульного прозвучала столь же беспомощно, сколь выглядели действия городской полиции с того момента, как в среду днем по телевизору показали судью, зачитывавшего текст оправдательного приговора.

Роблето, который вел машину, стал притормаживать, только когда показался пост Национальной гвардии, блокировавший улицу своими грузовиками. Гвардейцам была поставлена задача взять под контроль основные уличные узлы Южного Лос-Анджелеса, чтобы затем постепенно расширять свою зону, подавляя очаги сопротивления. Вот и сейчас они находились менее чем в миле от одного из таких стратегически важных скрещений городских магистралей – Креншо и Флоренс, а солдаты и бронетранспортеры Национальной гвардии уже продвинулись от перекрестка на несколько кварталов по всем направлениям. Остановившись у баррикады рядом с Шестьдесят второй улицей, Роблето опустил стекло со своей стороны.

Гвардеец с нашивками сержанта подошел к двери и склонился, чтобы разглядеть, кто сидит в машине.

– Сержант Берстин из Сан-Луис-Обиспо. Чем могу вам помочь, парни?

– Отдел расследования убийств, – ответил Роблето, ткнув пальцем себе за спину, где сидели Босх и Эдгар.

Берстин распрямился и, жестом приказав расчистить путь для проезда машины, сказал: