Читаем Черный часослов полностью

Черный часослов

«А что ты скажешь мальчику, когда он вырастет?» – спросил я.

«Унаи? То, что меньше всего его ранит».

«Я думал, ты скажешь, что откроешь ему правду, когда он будет к этому готов».

«Нет, я этого не сделаю, – ответил Гаэль. – Пусть он верит в ту историю, которая будет причинять ему меньше боли. Я люблю его. И не стану снимать с себя груз своей вины и ошибок, прикрываясь правдой. Правда не так важна, если заставляет страдать тех, кого мы любим».

<p>70. Путь к Итаке</p>

12 августа 2022 года

Это был мой любимый день в году. Точнее, меня ожидала самая прекрасная ночь: Деба тоже присоединилась к нашей традиции – ложиться в три часа утра на землю на дороге Трех крестов, посреди горы, чтобы наблюдать, как падают Персеиды, в то время как дедушка, Герман и Альба пели, стараясь изо всех сил: «С днем рожденья тебя!»

Однако на этот раз нечто изменило мой обычный распорядок. Когда я приехал в Вильяверде и собирался войти в дом дедушки, мне в глаза бросился краешек конверта, торчавший из черного металлического почтового ящика – этого пережитка старины, где уже крайне редко появлялась какая-либо корреспонденция.

Я вытащил конверт и с удивлением обнаружил, что письмо адресовано мне и, хотя на нем была наклеена марка, никаких данных отправителя указано не было.

Конверт был из особой бумаги, высокого качества. С некоторым сожалением я разорвал его и обнаружил внутри стихотворение греческого поэта Константиноса Кавафиса. Оно было написано от руки, элегантным почерком моей мамы.

Взволнованный, я отошел от дома и спустился в постирочную. Я знал, что это было письмо от мамы, и мне хотелось прочитать его в одиночестве, в том самом месте, где мой отец и она провели свою последнюю ночь.

Стихотворение называлось «Итака» [21]:

Когда к Итаке в путь ты устремишься,Проси богов, чтоб странствие продлилосьКак можно дольше, полное открытий и приключений.Не бойся лестригонов и циклопов,И грозный Посейдон тебе не страшен,Всех этих чудищ никогда не встретишь,Пока все помыслы твои парят высокоИ чувства тонкие переполняют сердце.Не встретишь лестригонов и циклоповИ ярость Посейдона не познаешь,Когда внутри, с собою, их не носишьИ сам их не создашь своей душою.Проси богов, чтоб странствие продлилось.Чтоб много раз прекрасным летним утромТы заходил, с восторгом и волненьем,В чужие гавани, невиданные прежде.Ты задержись на рынках Финикии,Купи товаров, что тебя пленяют:Коралл и перламутр, эбен, янтарь прозрачныйИ благовонья, что склоняют к страсти, —Как можно больше страстных благовоний.И поброди по городам Египта,Чтобы познать премудрость древних старцев.И в мыслях ты всегда держи Итаку.Туда попасть – твое предназначенье.Но никогда не торопи корабль.Пусть странствие твое продлится годыИ стариком ты приплывешь на остров,Со всем богатством, что скопил в дороге,Даров не ожидая от Итаки.Итака подарила годы странствий,Не будь ее – не плыл бы твой корабль.Но больше одарить тебя ей нечем.И пусть в Итаке блеска не увидишь —Не стоит думать, будто ты обманут,Ведь ты вернешься, мудростью сияя,Познав, что значит долгий путь к Итаке.

Я долго плакал наедине с собой, перечитывая письмо и мысленно благодаря маму за лучший подарок, преподнесенный мне на мой день рождения.

Немного успокоившись и придя в себя, я наконец отправился в дом. Едва я вошел, до моих ушей донесся смех Дебы, с восторгом смотревшей вместе с дедушкой очередную серию «Марко».

– Папа! Ты будешь смотреть с нами «Марко»?

– Конечно, дочка, – ответил я, садясь на диван рядом с ними, и Деба тотчас вскарабкалась ко мне на колени.

И я улыбнулся, услышав звуки песенки, которую Марко пел своей маме: «Куда бы ты ни отправилась… я все равно тебя отыщу».