– В смерти психолога криминала нет, – обернулся к ней Ренат. – С точки зрения медицины это естественная кончина. Виртуальный тесак, которым его убили, к делу не пришьешь.

– Тесак? – эхом повторила Мими, не глядя на покойника.

– Тесак! – с удовольствием вымолвила Лариса. – Черкасова зарубил палач из личной охраны императора. Бедняга хотел избежать смерти, и этим привлек ее к себе.

Мими не стала уточнять, что означают ее слова, только крепче вцепилась в Рената.

– Идем же…

* * *

Мир Нартова

Он сидел на пустом пляже в Майами, когда увидел Артура, бредущего с отрешенным видом по кромке прибоя. Была ночь, светила луна. В голубом мареве фигура молодого человека казалась призрачной.

Нартов окликнул парня:

– Каппель! Ты, что ли? Какими судьбами?

Программист пустился бежать. Нартов догнал его и злобно схватил за руку:

– Это ты! Я не обознался!

– Пустите, – начал вырываться тот. – Оставьте меня в покое! Все!

– Ах, ты, щенок! Ты работал на меня и попутно спал с моей женой? А я ни сном ни духом. Ловкач, ничего не скажешь!

– Ваша жена сама затащила меня в постель…

Нартов коротким ударом под дых заставил его согнуться в три погибели.

– Надо же, – усмехнулся он, глядя на стонущего Артура. – Не зря я в юности посещал секцию боевых искусств. Даже здесь навыки пригодились.

Парень упал на песок и пополз прочь от бывшего босса, бормоча:

– Вас нет… Вы мне снитесь… Вас нет!.. Вы умерли…

– Думаешь, мы снимся друг другу? – развеселился Нартов. – Дурак ты, Каппель! Интрижка с моей женой тебе на пользу не пошла. Ирина – вампир. Она высасывает у мужиков мозги! Ты попал, братец. Как она тебя окрутила?

– Я вспомнил! Меня байкер застрелил… во сне.

– Какой сон? Очнись, парень! Мы с тобой… – Нартов внезапно замолчал и протянул ему руку. – Вставай, Артур. Я погорячился. На Ирину мне плевать… Я охладел к ней, как только встретил Мими. Ты ведь и к моей секретарше подбивал клинья?

– Она меня отшила.

Артур лежал на песке, не решаясь коснуться протянутой руки босса. Та наверняка холодная, как лед.

– Хватит валяться, – рассердился Нартов. – Ишь, разлегся тут! Признавайся, кому ты хотел продать мой проект?

– Часть проекта, – вырвалось у Каппеля. Он прикусил язык, но было поздно. Пришлось оправдываться. – Мне предложили большие деньги. А вам он все равно без надобности. Я работал над кодом как проклятый и наконец нащупал нужную комбинацию…

Артура посетила мысль, которая повергла его в ступор. Он оцепенел, осознавая свое новое положение. Нартов был прав: это – не сон. Это… это… смерть?

– Дошло? – засмеялся босс.

– Да ну вас…

Луна спряталась за облако, и пляж утонул во мраке. Нартову темнота не нравилась. В темноте «черный человек» может подкрасться незаметно. Он настороженно оглядывался, прислушиваясь к каждому шороху.

– Эй, Каппель, ты где? Я тебя не вижу!

– Я здесь, рядом… – выдавил обескураженный программист.

Океан тихо плескался, набегая на берег. В небе сквозь облака проглядывали звезды. Нартов скорее почувствовал, чем услышал чьи-то шаги.

– Артур! Я не в обиде! – крикнул он в темноту. – Кое-что вышло из-под контроля. Мне стоило понять это раньше…

Шаги приближались. Артур затих, затаился. Нартов слышал, как шуршит песок под ногами, обутыми в сапоги из мягкой кожи. Это поступь Палача, который появляется бесшумно, чтобы не спугнуть жертву.

Нартов еще раз окликнул Артура, не получил ответа и… пустился наутек. Его босые ноги по щиколотки проваливались в песок. Сзади кто-то двигался, дышал, размахивал руками.

Нартов в ужасе оглянулся. За ним бежал человек в черном кафтане, из-под чалмы сверкали глаза. Бизнесмен пожалел, что в свое время не занимался бегом. У него быстро кончились силы и сбилось дыхание. Тогда как преследователь оказался тренированным и выносливым. Он совсем не устал. Расстояние между ними стремительно сокращалось…

Глава 39

Москва

Сорокин очнулся в холодном поту. Что с ним случилось? Они с Ириной пили вино, он закашлялся… Потом она везла его в больницу, он задыхался. На этом воспоминания обрывались.

Детектив обвел глазами комнату: белые стены, потолок, окно, пустая кровать рядом. Больничная палата? Значит, он жив?

В палату вошла медсестра и спросила, как он себя чувствует. У нее было круглое лицо и полное тело, обтянутое голубым халатом.

– Что со мной?

– Вы подавились зернышком кардамона, – улыбнулась она. – У вас начались спазмы, но, к счастью, все обошлось. Вам вовремя оказали помощь.

– Я этого не помню…

– Вы потеряли сознание от удушья. Вас откачали, потом укололи успокоительное.

Обрывки воспоминаний всплывали в сознании Сорокина. Руки Ирины, которая накрывает на стол… Вкус горячего вина и специй… Кашель… Его куда-то везут на каталке… рядом мелькают люди, звучат голоса…

– Разве я… разве это был не яд?

– Яд? – удивленно протянула медсестра, измеряя ему давление. – Нет, что вы! Зернышко кардамона попало вам в трахею. Вы могли задохнуться, но яд тут ни при чем.

– Я думал, что умираю.