Читаем Черные викинги полностью

Ночная тьма еще не успела полностью рассеяться, когда Холлисток был уже на ногах. Сегодня ему предстоял очень непростой день, к которому было необходимо как следует подготовиться. Генрих не сомневался, что уже скоро появятся первые посетители (схема их привлечения была четко отработана в течении столетий, и в желающих никогда не было недостатка), но на этот раз ему предстоял настоящий марафон, требующий максимальной самоотдачи. Обычное ведение клиентских дел, размеренное и плавное, не подходило для нынешней ситуации, которая диктовала напор и натиск, столь не свойственный его холодному и расчетливому уму. Вопросы предстояло решать быстро и решительно, не оглядываясь на возможные последствия и презирая любые сложности. Запланированное путешествие в царство Хель также не являлось простой прогулкой, и Холлисток даже чувствовал некоторое волнение, сложное, но, впрочем, легко объяснимое. С хозяйкой Хельхейма его издавна связывали весьма непростые отношения, и она, одна из самых могущественных обитательниц всех миров, имела на него немалое влияние. Только он один знал Хель с той стороны, которая являлась великой тайной для обитателей всех пяти миров. Одно её имя наводило ужас на абсолютное большинство живущих, а облик великой богини, в котором она представала в их сознании, заставлял дрожать не только людей, но и внеземных сущностей, ад для которых также никто не отменял. Только Высшие, тертоны и некоторые лорды, знали истинную сущность Хель, и лишь Генрих Холлисток, могучий тертон, восьмой лорд всех тридцати вампирских легионов, знал Хель как обычную женщину, в которую она превращалась в его присутствии. Их связь длилась с того самого момента, когда он, окрепнув и возмужав, совершил первое путешествие по четырем потусторонним мирам, а попав в ад, еще не скоро захотел выбраться наружу. Истинная красота богини, неожиданно открывшаяся перед молодым тертоном, была настолько ослепительна, а общие чувства оказались настолько сильны, что прошел не один десяток земных лет, прежде чем они нашли в себе силы расстаться. Армора ждала земная жизнь, а Хель, его прекрасная звезда, осталась в Хельхейме, олицетворением которого она являлась. Их встречи стали редки, но оттого не стали менее прекрасны и эмоционально насыщенны, хотя своеобразная служебная необходимость не позволяла видеться слишком часто. Путешествие к ней требовало от Армора максимального напряжения сил и настолько высасывало изнутри, что потом, уже Генриху Холлистоку, требовался не только длительный отдых, но и многие литры человеческой крови, восстанавливающие опустошенные резервы организма. Хель забирала его без остатка, с ненасытной жадностью беря себе то, чего оказывалась лишена многие и многие годы, но, надо отдать ей должное, не позволяла себе ни слова упрека, даже зная, что Армор тоже пользуется ей в своих целях. В конце концов, оба всегда получали желаемое и расставались вполне довольные друг другом, чтобы когда-нибудь обязательно встретиться вновь.

В начале девятого домой вернулись посланники Холлистока. Когда они вошли в квартиру, он сидел за столом на кухне и курил тонкую сигариллу.

— Вот и мы! — появившаяся на пороге Анна огляделась. — Давно нас ждешь?

Генрих, еще мгновение проследив за облачком, только что выпущенного, дыма, медленно перевел на нее взгляд:

— С того самого момента, как вы уехали. Вижу, что за твоим возбуждением скрывается неплохой результат от поездки!

— Есть результат! — Анна быстро подошла к холодильнику, и достав большой спелый помидор, жадно впилась в него зубами. — Как же мне хотелось его съесть — не поверишь!

Холлисток усмехнулся:

— Поверю, рассказывай. А что там Масси возится?

— Я иду, иду! — из прихожей раздался голос Грина. — Никак не могу найти тапки!

Холлисток посмотрел себе на ноги:

— Это, наверное, я их одел! Возьми другие, в гостиной у дивана.

— Ок!

Покачав головой, Генрих вновь обратился к Анне:

— Ну?

— С чего начать?

— С результата, остальное мне сейчас не важно.

— Мойла неизвестно где, его несколько месяцев никто не видел. Известно, что он создал из людей какую-то банду, именующую себя «Черными рыцарями», но кто они, и зачем он это сделал, никто не знает.

— «Черными викингами», — Масси, в этот момент появившийся на пороге, сходу вступил в разговор. — Викингами, а не рыцарями.

— Неплохо! — Холлисток хмыкнул. — Но это не дает ничего принципиально нового. Должен быть мотив.

На этот раз пришла очередь Масси, громким «хм», выражать свои эмоции:

— Старый мудрый вампир влюбился в девчонку! Все об этом уже знают, и хорошо еще, что пока не копают глубже.

— Влюбился! — Холлисток в удивлении приподнял одну бровь. — Вот это действительно новость! Давайте дальше.

Теперь, вместо Масси, вновь заговорила Анна:

— Девушке около двадцати пяти. Вампиры считают, что она имеет на Мойлу немалое влияние, но все же думают, что людей он использует в своих целях, и вскоре все образуется. Одобрения его поведение не вызывает, но обсуждать своего куратора пока никто не решается.