— Тогда почему от тебя не несёт? — прищурился я.

— А я из кружки всё на пол выливал, делая вид, что пью. Я же не дурак перед походом напиваться, — лучезарно улыбнулся он.

— С-с-с… сидр! — тыкнула Цурико в его сторону пальцем.

— Деточка, ты место «с» хотела сказать явно «п», — ласково, будто отец ребёнку, улыбнулся Гой.

— Точно… ты… ты совершенно прав! — хрюкнула она и едва не свалилась обратно лицом в лужу.

— Ну ты и… — я вздохнул и взял Цурико на руки. — Иди ко мне.

— Юнксу-у-у… — сладким голосом простонала она, сразу же прижавшись ко мне. — Я ничего не вижу…

— Это потому что у тебя глаза закрыты, Цурико.

— Я так рада, что ты меня понесёшь… — протянула она и… отключилась.

Ну класс, то, что нужно, чтобы наш выход из города стал незабываемым…

Глава 184

Это были трущобы, самые настоящие трущобы города обезьян, которые лишний раз доказывали, что люди нигде не меняются. И даже если они отчасти обезьяны.

Старые лачуги из дерева, камня, а некоторые и вовсе из соломы. Грязные улочки, где дорога представляла из себя месиво из глины, грязи и чёрт пойми чего ещё, противно чавкающая под ногами. Злачные тёмные подворотни и углы, крики из окон детей, семейных пар и просто пьяни, косые взгляды местных гопников лишь добавляли к атмосфере неповторимый и узнаваемый стиль. Ну и конечно борзые окрики нам вдогонку, куда же без этого.

— Эй, за сколько отдашь тёлку?

— Не хочешь разделить её со мной и моими дружками?

— Парень, давай я вам не прирежу, она мне пососёт?

Цурико с трудом повернула голову на голос.

— Сосу только ему, говна куски… — промямлила она, похлопав меня по плечу.

Какая преданность, я бы даже прослезился, если бы не всеобщая немного угнетающая обстановка. Зато мой обезьянеподобный друг чувствовал себя вполне себе неплохо, выглядя так, будто выбрался в зоопарк.

— Вот оно, настоящее сердце города обезьян, — вздохнул полной грудью Гой и тут же закашлялся. — Блин, дерьмом запахло…

— Я бы сказал, что сердце — это замок короля обезьян, а вот трущобы — это что-то вроде жопы этого города, — ответил я, оглядываясь.

И ведь ни одного человека-обезьяны, чисто все чисто люди: грязные, упитые, с маленьким IQ. Если я и видел здесь обезьян, то это были огромные гориллы, которые были одеты в железные доспехи и ходившие лишь в сопровождении бабуинов, что скакали по крышам следом за ними.

— Я писать хочу… — пробормотала Цурико у меня за спиной.

— Ты уже писала, потерпи.

— Я ещё хочу…

Сыкуха блин.

Вообще Цурико вела себя довольно спокойно и почти не гундела, но было бы ещё лучше, будь она трезвая, так как таскать её всё же было неудобно. Пришлось спешить её около подворотни, так как, рисковать своей спиной, на которой она ехала, не хотелось.

— Только давай быстрее, — поторопил я её, оглядываясь. — Я думал, у вас подобного нет.

— Чего? Трущоб? Конечно есть! И ещё какие!

— Ты прямо гордишься этим.

— Ну так не плакать же, — пожал он плечами. — Здесь оседают люди, которых выгнали, которые слишком стары или получили свободу, а приткнуться или уйти не могут.

— Короче, привезти то привезли, а деть куда-нибудь забыли, — кивнул я.

— Ну что-то типа.

Я постоянно ловил взгляды всякой шпаны, которая крутилась повсюду. От подростков до таких крепких молодчиков, которые пока лишь просто наблюдали за нами, облокотившись на стены, сидя на ступеньках и поглядывая из-за углов.

— Я… всё… — пробормотала Цурико, едва не упав. — Подтяни не станиськи…

Она беспомощно смотрела на меня большими круглыми глазами с искренней физиономией, которая не имела ничего общего с её обычным недовольным и внимательным прищуром гопницы.

Пришлось подтягивать ей «станиськи» и тащить дальше.

Правда пройти через район вот так просто оказалось проблемой ещё той, так как у людей, которые опускаются до такого дна IQ опускается примерно в той же степени. И когда мы зашли в самые глубины «ада», отовсюду начали вылезать гопские рожи, которые ну просто не могли подумать о том, что им могут самим отвалить. Особенно в мире, где простенький человек может резать горы ударом. Или они думали, что раз человек и в этом городе, то обязательно небольшого уровня, как и они?

Теряюсь в догадках, если честно.

— Ей парень, может отстегнёшь свою тёлку нам? — негромко хмыкнул прислонившийся к стене верзила, стоящий в подворотне с дружками. — А мы тебя не отстегнём.

— Она не хочет поработать ротиком? — уже спросил другой обмудок со ступенек дома. — Эй, ты слышишь, чухан?

Раньше я бы, наверное, отреагировал на это, но сейчас, когда ты понимаешь, что можешь одним взмахом срезать их всех вместе с близлежащими домами в радиусе сотни метров (в прямом смысле), реагируешь на это, как на что-то забавное. Даже интересно, до чего докатится ситуация, так как последствия тебя уже не волнуют.

Как и не волнует, что за тобой подтягиваются люди, играя в руках бусами на манер чёток.

— Эй, может она нам даст? — спросил ещё один индивид местной флоры.

Но тут уже сквозь сон отреагировала Цурико.

— Даю только ему, чмоня плешивая… — пробормотала она и захрапела.

Чувак чуть инфаркт не получил от такого ответа. Весь побагровел, насупился, развёл плечи.