Он тут же сделал шаг назад и выпад в мою сторону, да только теперь я не пытался отразить удар, как до этого, просто чуть-чуть сдвинулся в бок, пропуская его мимо. Наконечник копья резанул по виску, но я даже этого не заметил.

Парень отпрыгнул, пытаясь разорвать дистанцию, и тут же устроил град ударов. Забавно, но их было действительно десять очень быстрых друг за другом ударов, только я не собирался парировать их, да и вряд ли смог. В другой ситуации я бы попытался отразить часть мечом и отпрыгнуть назад, чтобы разорвать дистанцию, но, значит, я бы не смог подобраться ближе, и засранец так бы и остался недосягаемым.

Но вместо этого я воспользовался тому, чему меня научил Гой.

Я пошёл ва-банк.

Глава 172

То, что произошло в следующее мгновение, ещё долго будут обсуждать в барах обезьяньего города любители боёв на арене.

В тот момент, когда копейщик начал теснить мечника, ни у кого уже не было сомнений в том, что второй проиграет. Что мог противопоставить мечник копейщику, который умело атаковал его, не давая подойти ближе, а теперь и вовсе теснил?

Все только и ждали того самого выпада, точного и быстрого, который достанет мечника, поставив точку в поединке. Все были практически уверены, что исход боя уже решён. И когда копейщик неожиданно сорвался в атаку…

Всё резко изменилось.

Зрители так и не успели понять, что же произошло. Вот град ударов настолько быстрых, будто все они были нанесены одновременно, обрушился на мечника, а в следующее мгновение он… просто шагнул вперёд.

Шагнул под технику.

Это выглядело так, будто он неведомым образом отвёл каждый удар, что нацелился на него, словно каждое промелькнувшее копьё в этой технике по своей воле обогнуло мечника, не нанеся никакого урона. Как если бы это ничего не стоило, он шагнул под удары и…

Сам выпустил технику, от которой копейщик увернуться уже не смог.

И в тот момент, когда все зрители удивлённо выдохнули, не веря своим глазам, лишь Гой улыбался в тридцать два зуба, пальцем смахивая невидимую слезинку.

— Растёт мой мальчик, — шмыгнул он носом, будто действительно растрогался.

***

Каково это, бежать навстречу поезду, не зная, успеешь отпрыгнуть ты или нет? Идти навстречу дикому животному без уверенности в том, что оно испугается первым и убежит? Идти на верную смерть, до последнего надеясь, что ты обманешь её?

Нереально сложно. Просто нереально сложно. Рефлексы, инстинкты, они пытаются спасти тебя, но вместо этого сбивают. Именно это и должен был заглушить алкоголь, именно к этому я и должен был привыкнуть. А ещё перестать бояться, когда смерть проходит совсем рядом. Умение проходить по самому краю без всяких подстраховок, чтобы выиграть те самые секунды, которые решат бой.

И когда я ринулся в атаку, то шёл буквально на смерть. Одно-единственное промедление, и погибну, возможно, даже не успев этого понять. Но так или иначе мир неожиданно приобрёл невообразимую чёткость. Он стал неведомым образом ясным и понятным, я будто видел его своим нутром.

И, как следствие, видел каждый удар в мою сторону. У меня и до этого подобное было, на сейчас оно было как картинка в хорошем разрешении.

Я чуть-чуть повёл корпусом, отвёл голову, изогнулся под таким углом, уворачиваясь от удара, что можно было сломать спину. Один из ударов всё же пробил ногу, когда другой чиркнул по плечу, но я достал его. Вытянул меч и буквально в упор произнёс:

— Защитница снегов.

От техники можно увернуться, но не когда она бьёт в упор.

Парня отбросило назад. Он устоял на ногах, попытался закрыться лесом копий, но я их легко обошёл. Тут же сокращаю дистанцию дальше, и здесь он делает выпад вперёд. Попытайся парировать его, и я потеряю время.

Вместо этого я просто чуть-чуть отклоняюсь, чувствуя, как смерть прошла у самой шеи. Взмах мечом, и… кончик просто вскрыл ему до костей руку, которой он держал копьё, перерубив сухожилия. Оно просто вывалилось из его ладони на песок.

Парень бросается назад, ставя печать, но я легко уворачиваюсь от гравитационного пятна. Уворачиваюсь и от клубка искр, что вспыхивает перед самым моим лицом, и наконец достаю его. Это было больше похоже на предсмертные атаки раненого животного.

А потом всего один скользящий удар, и я оказываюсь у него за спиной. Резко оборачиваюсь, готовый добавить, если ему окажется мало, но засранец не двигается.

Он стоял секунду, после чего осел на землю. Я знал, что чел живой, потому что не пытался убить его. В конце концов, это турнир, и здесь было главным победить, плевать, умрёт твой соперник или нет.

Победу объявили не сразу, будто специально дожидаясь, чтобы убедиться, что он уже не встанет. И лишь когда стало понятно, что копейщик не способен драться дальше, по крайней мере, в ближайшее время, над ареной прогремел голос:

— ПОБЕДИЛ ДВАДЦАТЬ ШЕСТОЙ НОМЕР, ЮНКСУ!!! ОН ПРОХОДИТ НА СЛЕДУЮЩИЙ ЭТАП!!!

Я вновь поклонился и направился с арены, чувствуя себя немного уставшим. Уже на входе мне протянули одну-единственную пилюлю, чтобы залечить рану на ноге.

— Мы справились! — радостно воскликнула Люнь, однако я не разделял её оптимизма.