Читаем Черные начала. Том 3 полностью

Я видел их, женщины, мужчины, старики и старухи. Они были как… как образы, как зацикленные картинки, которые повторялись раз за разом или… нет, они были как голограммы, которые каждый раз генерируют новую картинку.

Сложно объяснить.

Но это… это были предназначения, это те, чей дух был настолько силён, что оставил после себя тень. Те, кто достиг великих высот и может поделиться частью своей мудрости и сделать тебя не сильнее, но более умелым, более профессиональным в выбранном искусстве.

И теперь, когда поток расходился передо мной …

Может попробовать дотянуться?

Это огромный риск, да, Люнь предупреждала, что меня может унести потоком, но… сейчас из меня бьёт Ци смерти, которая как бы расталкивает поток, создавая вокруг меня словно кокон. Сколько он продержится? Минуту, меньше?

А что такое вообще культивация без риска? Чтобы подняться выше, надо выйти за границы себя самого, а это всегда риск. Зайти ещё дальше, чем можешь и победить. Рискнуть всем ради приза, поставить на кон собственную жизнь и победить.

Ведь сильнейшими становятся лишь те, кто пошёл ва-банк и смог одержать вверх.

И я нырнул.

Нырнул в поток, гребя что есть сил и понимая, что если кокон спадёт, меня унесёт нахрен. Меня или мою душу, без разницы — тело станет овощем.

И я грёб. Грёб в фигуре, что выглядела как мечник. Какой-то старец, который двигался с мечом так, будто танцевал. Были и другие призраки с мечами, более быстрые, более дерзкие и устрашающие. Они, казалось, могли разрубить саму планету…

Но именно этот мечник показался мне самым-самым — у него борода была длинной. Ну и двигался он куда изящнее, словно обтекал сам воздух. А за время, проведённое здесь, я понял, что зачастую побеждает не сила и скорость, а техника…

А эта так напоминала мне мою собственную…

Я грёб, грёб что было сил, потихоньку чувствуя, как энергия Ци смерти истощается, и поток вновь забирает права обратно. Но у меня ещё было время, главное было дотянуться, ещё немного, ещё чуть-чуть.

Я сумею, я смогу.

Поток уже начал немного подхватывать меня, но я всё равно упрямо плыл. Было поздно останавливаться — всё или ничего. Таков девиз этого мира.

Я выбираю всё…

* * *

Люнь сидела перед Юнксу, приникнув своими руками ему в грудь. Это должно было успокоить бурное сердце и энергию, которая будет бить из него. Ослабить, отрезвить холодом, скрутить его сердце в случае необходимости так, что он будет не в состоянии вскочить.

Она не могла убить Юнксу, да и не хотела, но надеялась, что остановить его сил хватит. Люнь наблюдала, как начинает трястись его тело, как от холода — энергия начинала бурлить в теле, заставляя мышцы непроизвольно сокращаться. На штанах вырос бугор, заставивший Люнь залиться краской.

Его сосуды начали чернеть, будто по ним пустили чернила. Они поднимались по шее вверх к лицу, спускались по рукам к пальцам, расходились повсюду, будто жуткая татуировка. Его тело стало содрогаться ещё сильнее.

А потом пришла проблема оттуда, откуда её ждали меньше всего.

Люди.

Они шли с той стороны, куда направлялись Люнь с Юнксу. И двигались они на лодках, подгоняемой какой-то техникой, которая заставляла их плоскодонку скользить по поверхности воды, игнорируя даже течения, которые сносили лодки обычно в сторону.

У неё забилось сердце. Воображаемое. Или настоящее. Но не это было главным — важным было то, что они плыли в их сторону. Две лодки, по три человека в каждой, и Люнь могла поклясться, что их уже давно заметили.

— Юнксу? Юнксу?! Юнксу, у нас гости! Юнксу! — она схватила его за плечи и начала трясти. — Юнксу! Юнксу!!!

Она в панике оглядывалась на людей, что с каждой секундой приближались всё ближе. Злой рок или просто судьба — не важно, но Юнксу специально отплыл в сторону, чтобы случайно на них никто не вышел. А здесь такое…

— Юнксу!!! Юнксу, да чтоб тебя змея за попу укусила, просыпайся!!! — она трясла его, трясла, а после схватила за сердце. Да, рука проходила сквозь него, но удовольствия было мало и так она могла его даже разбудить, что иногда делала.

А сейчас он сидел как истукан и ни на что не реагировал.

Лодки подплыли поближе.

Люди, все они были одеты в поношенные, местами порванные мешковатые ханьфу и имели при себе мечи, а кто-то даже и щит, небольшой, на руку. Среди них была и девушка, которая была вооружена луком, внимательно оглядывая окрестности. Люнь могла сказать точно, что они не похожи на обычных миролюбивых жителей.

— Ты глянь-ка, какой здесь соня, — хмыкнул один из незнакомцев и, поплыв ближе, ткнул в лодку ножнами. Та закачалась, но парень в соломенной подранной шляпе даже не двинулся. — Медитирует что ли?

— Да ты уровень глянь, Созревание, — отозвался другой, когда они подплыли ближе. — Наверное, какой-нибудь недопоследователь и… фу млять…

— Чё такое?

— Да паршивец то ли гнилой, то ли отравлен! Ты глянь!

Все шестеро, подплыв поближе, с интересом рассматривали человека, который будто уснул.

— Все сосуды чёрные… какая тварь могла его отравить? — спросила девушка.