Во всем этом есть определенный смысл. Инструкторы хорошо понимают, что в районах, где будут действовать их ученики, им не придется рассчитывать на какую бы то ни было помощь местного населения.

В лагерях и формированиях наемников процветает расовая дискриминация. Наемники белые и черные могут вместе лишь убивать и гибнуть. В лагерях у них разные места. Спят и едят отдельно. Белые — в лучших условиях.

На занятиях, где наемников учат всевозможным способам уничтожения людей, их нещадно муштруют. На досуге им демонстрируют фильмы, насыщенные сценами насилия. Мордобой и кровавые драки — в порядке вещей. Командиры над ними издеваются, оскорбляют их.

Первичная подготовка в лагере, которую обязаны пройти все, действует на многих подобно шоку, с содроганием вспоминает бывший наемник. Инструктор орет: «Ты идиот!» — или нечто подобное и все время погоняет, повторяя: «Ты должен стать агрессивным, ты должен стать беспощадным».

Это — главная цель обучения наемника, и для достижения ее в ход идут самые изуверские способы психологической обработки, примером которой нередко служат методы «воспитания», применяемые в армиях империалистических государств. Вот свидетельство одного морского пехотинца, участника войны в Индокитае, приведенное американским адвокатом Марком Лейном и рисующее облик вояки, который и сегодня служит образцом для «солдат удачи».

Вопрос: Как проходила ваша подготовка?

Ответ: Бывало так: мы бегали по, кругу и пели о том, как мы убиваем вьетконгов. Войдя в столовую, мы, прежде чем приступить к еде, должны были во всю глотку орать «Кил!» («Убей!»).

Вопрос: О чем говорилось в вашей песне?

Ответ: Мы ее сочинили сами: «Вьетконг, Вьетконг, убивать, убивать, убивать. Я должен убивать, я должен убивать, потому, что это доставляет удовольствие, потому что это доставляет удовольствие».

На стене у нас висела заповедь. Это заповедь о войне. Вечером мы должны были перед сном повторять ее, как молитву. В этой заповеди есть такие слова: «Я ложусь спать и молю бога: пусть продолжится война, чтобы я мог заработать деньги. Боже, благослови Соединенные Штаты».

Когда в свое время родезийские расисты организовали лагеря наемников, один из них носил название «Вафа-Вафа». В переводе с местного наречия это означает «ты — мертв». Характерными были также значок на берете наемника — стервятник, терзающий добычу, — и строевая песня, начинающаяся словами: «Мы львы, которые голодны…»

…Гватемала. Департамент Киче. Здесь, в горах, расположен лагерь карателей, которых ЦРУ широко использует в борьбе с патриотами Центральной Америки. В этот лагерь тайно проник мексиканский журналист Марио Менендес Родригес. Вот что рассказал он о психологической подготовке карателей, называющих себя «каибилями» («ночные тигры»).

— Чем питаются «каибили»?! — выкрикивал капитан,

— Мя-я-я-сом! — орали ему в ответ.

— Каким мясом?

— Чело-о-веческим! — вопили четыреста глоток.

— Каким именно? — не унимался капитан.

— Мясом коммуни-и-и-стов!

— Что пьет «каибиль»?

— Кро-овь!

— Какую?

— Человеческую!

— Чью именно?

— Коммунистов!..

Измотанным до предела курсантам инструкторы вдалбливают: «Твое единственное назначение — убивать. Именно это делает тебя выше других». Конечная цель обучения формулируется следующим образом: «Ты готов к борьбе, если уверен, что можешь хладнокровно перерезать врагу глотку».

— Да, мы убивали и не чувствовали жалости к своим жертвам, — говорил советскому журналисту, наемник по кличке Дюпон. — Мы были жестоки не потому, что родились такими. Садистская муштра, зверская дисциплина, жестокие методы обучения «ремеслу» карателя таковы, что, вырвавшись на простор с автоматом в руках и получив власть над жизнью и смертью, хочешь мучить и убивать. Чтобы выместить на ком-то все то, что претерпел сам…

Черный континент под прицелом наемников

«…Неожиданно из-за кустов выбежали дети и, увидев вооруженных людей, пустились бежать. Некоторые были совсем голые, они сбрасывали одежду, показывая нам, что у них нет оружия. Я сказал: «Положить их». И мы открыли огонь. Всего убили человек девять. Помню, что мы застрелили маленькую девочку лет пяти…» — так один из наемников вспоминал о своих приключениях на юге Африки в беседе с английским журналистом Ником Дейвисом.

Может быть, такое бездушное убийство детей — какой-то исключительный случай? Оказывается, нет. Это система, правило.

«Основная наша задача, — продолжал откровенничать наемник, — занять территорию и очистить ее. Мы прокатываемся по местности и уничтожаем все, что появляется в поле зрения: коров, коз, людей — короче-, все подряд… В половине случаев местные жители не понимают, что происходит вокруг. Мы щелкаем их — и все тут…»

Тот же наемник, вспоминая о своем участии в расправах над мирным населением уже в другой африканской стране — Зимбабве, которую тогда называли Родезией, не удержался от проявления восторга, воскликнув: «Жизнь была отличная! Народ подобрался хороший. Убивать было легко. Я наслаждался всем этим».