– Теперь я виноват?! Всё из-за твоей глупости! – парировал он. – Я говорил – ловушка!

– Да кто ты чёрт тебя дери такой! Откуда это знал?!

– Я уже сталкивался с такими ловушками. Сначала я сомневался, думал, где же видел такой кинжал раньше, но, когда понял, ты решила подраться…

Лилит виновато отвела глаза в сторону.

Дай вздохнул и устало поглядел на пожар.

– Такое оружие используют члены одной организации.

– Что за организация? Тот мужик значит оттуда?

Парень кивнул.

– Секта, – нехотя выдавил он. – Опасная секта. Слышала о Регуле?

Лилит покачала головой. Дай опять тяжело вздохнул.

– Они проворачивают свои тёмные дела по всему Алнаиру. Некоторые монстры в этом лесу – их рук дело. Уж о них ты наверняка слышала.

Лилит глупо приоткрыла рот, потом нахмурилась, поёжилась. Она никогда не сталкивалась с монстрами лицом к лицу, но часто по работе ей приходилось сжигать растерзанные тела их жертв.

– И… ты знаешь, где тот тип?

– Нет, – Дай встал на ноги и отряхнул полы сюртука. – Но я его ищу. Наёмник сказал, что шкатулку вы должны были везти в столицу. Туда и направимся. Сектант, скорее всего, тоже держит путь туда.

Немного погодя Дай добавил:

– Ты говоришь, это был мужчина… с ним случаем не было женщины?

– Кроме него никого не видела, – Лилит отряхнула свой запылившийся корсет. – А что за женщина?

Стены церкви, охваченные огнем, затрещали, и крыша провалилась.

Лилит ощутила сладкий запах паленой плоти. Её замутило.

– Пойдем отсюда, – скомандовал Дай. – На пожар могут сбежаться местные.

Лилит хмыкнула и обратила взгляд на луну, холодную и безразличную ко всему сущему. Пусть на дворе уже была глубокая ночь, на улице было светло, как днём. Близость огня согревала, а от сырого воздуха вились волосы.

Лилит втянула воздух носом. Она любила ночь, но сегодняшняя уж слишком насыщенная. Сердце заняло необъяснимое беспокойство. Лилит чувствовала, что эта ночь стала поворотной точкой в её судьбе, а то что будет дальше… то что туманно и неизведано пугало её.

Но Лили уже не может вернуться назад.

Не хочет.

Обжигающий стыд и вина охватили Лилит за то, что она не попрощалась с Байардом как следует, с раздражающими слезами, соплями и крепкими объятьями. Хотя, конечно, старик бы не плакал: в его стиле радостно послать её к черту и хлопнуть дверью перед носом. И пусть он имел скверный характер, пусть пробыл с ней всего несколько лет – они давно перестали быть чужими людьми.

Байард воспитывал её, обучал драться и владеть кинжалом, наставлял, давал кров над головой и еду. Без него Лилит давно бы отправилась на опыты вместе с другими беспризорниками. А она поступила как последняя…

– Если мы уже отправляемся в путь, то я хочу вернутся в ломбард и забрать кое-какие вещи, – заявила Лилит, когда Дай подошёл ближе.

Она выдавила виноватую улыбку и закинула руку ему на плечо.

Он раздраженно вздохнул, но всё же пригнулся и придержал её за запястье.

– Ничто не сплачивает людей лучше, чем хороший мордобой и общие неприятности!

– Вижу, сил у тебя достаточно, чтобы шутить, – насмешливо выгнул бровь Дай, но вдруг закашлялся от дыма, уже окутывавшего ближайшие окрестности.

Лилит резко повисла на его шее всем весом, и Дай чуть не клюнул носом в землю.

– Ты чего?! – возмутился он.

– Ничего! – передразнила Лилит. – Ну и хиляк же ты. Только не будь мне обузой.

– Кто здесь ещё обуза, Каштанка?

Ⅲ

Байарду приходилось туго. В последнее время у него давление скакало, как лань по горам. Сказывалась приближающаяся старость и изнуряющий образ жизни. Он стал редко выходить на миссии и вообще покидал дом только при крайней необходимости.

Вся жизнь начала катиться к черту, когда он впервые почувствовал, что постарел. Однажды посмотрел в зеркало и не узнал себя. Какой-то заросший, ссутулившийся старик с весёлыми морщинками в уголках глаз смотрел на него из отражения.

А ведь он никогда таким не был.

В молодости Байард активно прожигал свою жизнь выпивкой, женщинами, опасностями. Нырял в авантюры с головой, и его не волновало ничего. Танец на краю погибели приносил ему небывалый восторг. Он не задумался, что однажды это всё может закончиться.

Пока был молод и горяч, Байард не думал о таких обыденных вещах как семья и не понимал старых наёмников, мечтающих уйти на покой не в схватке с монстром, а в собственном доме в окружении заботливой жены и детей.

Но теперь Байард понимал их как никто другой.

Жена его умерла при родах, ребёнок не выжил. Тогда наёмник впал в апатию, начал заливать горе алкоголем и из-за этого внешне состарился ещё на десяток лет. Вскоре силы иссякли. Байард настолько отчаялся, что готовился покончить с собой. Ему казалось – жизнь кончена. И в тот роковой год он встретил Лилит.

Однажды, на одном задании по патрулю окрестностей, он вместе с другими наёмниками столкнулся с поездом. Работорговцы угнали его, а товаром стали дети-беспризорники. Они везли их на какую-то очень выгодную сделку. Все наёмники прекрасно знали, что организация, приобретающая подобный «товар», ставит над детьми опыты. Многие не выживают или изменяются навсегда.