Читаем Черное солнце полностью

Зевая, я спускалась на первый этаж практически безлюдной таверны. С кухни тянуло запахом еды, сквозь окна из немного мутноватого стекла таверну заполнял солнечный свет. За столом посреди зала, словно инородные элементы в безмятежной композиции комнаты, сразу же виднелись силуэты Максимилиана, Софии, Каталины и Лоуренса. Рядом стояла молоденькая официантка, которая подавала на стол очередные порции блюд. Судя по лицам моих компаньонов, не у одной меня была бессонная ночь. А вот Максимилиан, бодоо поглощающий омлет, однозначно выглядел лучше после того, как мы смогли провести ночь с уютом.

Заметив меня, женщина поклонилась со словами «госпожа сеньорита», и к ней тут же подскочил хозяин таверны. Густаво суетился и снова начал низко кланяться, пока провожал меня к моему месту.

— С вашего позволения, госпожа сеньорита, я приказал приготовит на вас всех лучший завтрак, на который способны мои жена и дочери, а также пригласил…

— Я позволил себе наглость присоединиться к вашей трапезе, госпожа, — голос подал человек в другом конце стола, которого сначала я приняла за Лоуренса.

Он сидел спиной к окну, и из-за этого я сперва не разглядела его лица. Но стоило мне прищуриться, то в фигуре контурами вычерчивался мужчина в возрасте и вправду чем-то похожего на нашего кучера — с такой же густой бородой и пышными усами. Руки так же сразу выдали в старике рабочего, как и смуглая обветренная кожа, явно загорелая под знойным солнцем во время многолетних тяжелых работ.

— Я так понимаю, вы здешний староста? — спросила я, усаживаясь на отодвинутое трактирщиком кресло, которое он тут же подтолкнул к столу. Не успела я постелить салфетку, как передо мной уже стояла тарелка с довольно плотным завтраком — жареные яйца, свежий хлеб, овощи и кровяные колбаски. Выглядело очень аппетитно, хоть и просто, но почему-то есть абсолютно не хотелось. Я ленивым жестом отодвинула тарелку в сторону.

— Марсель Фредо, к вашим услугам, госпожа Кустодес, — старик почтительно наклонил голову. — Прошу простить, что я не удостоил вас поклоном, но я уже достаточно стар и не хочу беспокоить лишний раз свои суставы…

— Ничего страшного, — отмахнулась я. — Мы не при дворе, чтобы соблюдать все правила этикета… Итак, — Я сделала глоток горячего чая. — Расскажите, что же довело ваших односельчан до того, что они решились переступить закон и грабить проезжих на глухой лесной дороге?

Марсель очень смутился, застигнутый врасплох такой прямолинейностью. Он не сразу нашел что ответить, теребя в морщинистых руках желтоватую салфетку.

— Для начала, я должен принести извинения от лица нашей деревни. Оскорбление, которое нанесла эта шайка своей выходкой лично вам и вашему Великому Дому, непростительно. Все причастные уже понесли соответствующее наказание… Нет-нет, мы всего лишь высекли их плетью, — поспешно добавил старик, заметив, как сильно я изменилась в лице от его слов. — И могу заверить вас, что более такого не повторится…

— Вы не находите это немного лицемерным, монсье Фредо? — заметила София, неодобрительно глядя на старосту. — Я очень сомневаюсь, что подобное происшествие случилось впервые. И не верю, что вы не были в курсе. Так что наказание кажется не более чем показным, просто потому, что до этого вы не попадались, не так ли?

Теперь старик уже не скрывал своего беспокойства. Он понимал, в насколько серьезном положении сейчас находится. Целая деревня промышляет разбоем, и так бы продолжалось до тех пор, пока все не стало бы известным высокопоставленным лицам. А учитывая, насколько безалаберно относился виконт Арно к своим обязанностям по защите мирных жителей на вверенной ему территории… Пожалуй, стоило бы донести отцу о том, что Дому Монрес следует думать не только о прибыли.

Марсель тяжело вздохнул, и протер салфеткой лоб.

— Я снова должен принести свои извинения Великому Дому Кустодес… Но прошу, поймите. Все это — лишь череда несчастий, которая поглотила нас.

— Так с чего же все началось? — вновь спросила я.