Читаем Черное пламя над Степью полностью

– Я не знаю... Никто не знает, – покачала головой женщина. – В феврале на наших клумбах распустились сотни розовых хризантем. Полгорода приходило посмотреть на это чудо. Они цвели ровно неделю... Цветы, которые здесь никто никогда не сажал... – Эллис вдохнула и опустила голову. – Они исчезли ночью, а утром мы перестали чувствовать Госпожу. Марек, послушник святилища Саты в Калидане, заезжал к нам месяц назад и рассказал, что у них произошло то же самое... Прости, но больше я не знаю ничего.

«Февраль... ну да, конечно», – подумал я и, не отрывая взгляда от статуи богини, пояснил:

– Хризантемы известили вас о спасении лисьего народа. Я знаю это, поскольку в феврале Сата являлась мне и моему другу. Призванное поверженным  Галотом чудовище уничтожено, и её народу теперь не угрожает никто.

Эллис ничего не ответила, и я уже собрался попрощаться, когда...

– Ну, привет, Черный! – негромкий голос с такой знакомой хрипотцой прозвучал у меня в голове. – Ты здесь – значит, у нас еще есть шанс…

Я резко обернулся к Эллис. Настоятельница застыла, положив на колени руки и пристально глядя на алтарь. Ее глаза светились едва заметным зеленым магическим светом.

– Это всего лишь закладка, – тут же пояснила Сата. – Можешь не отвечать, мне все равно тебя не услышать. Я оставила такие закладки в каждом храме. Но к Лате лирику. Слушай внимательно, Криан. Это важно для нас всех… Боги Вереницы Миров сильно зависят от праны. Это что-то вроде энергии и маны у разумных, только у нас все намного сложнее. Пока Великая Сущность выполняет свои непосредственные обязанности, её запас неизменен. Но в битвах, или когда бог лично вмешивается в замыслы Сущего, прана начинает утекать. Она напрямую связана с нашими астральными проекциями и восстанавливается очень медленно.  Прану можно восстановить в филактерии, можно забрать у побежденного. У каждого из нас есть способ быстрого ее восстановления, но он, как правило, связан с огромными рисками. Ведь полностью израсходовавший свою прану, считай, уже мертв. Конкуренты мгновенно воспользуются твоей слабостью. Именно поэтому боги стараются вмешиваться в разборки разумных только в самых крайних случаях, и именно поэтому, к примеру, три тысячи лет назад мы не стали преследовать отступающих на юг материка Древних. Великое Равновесие, будь оно неладно, не позволяет нам делать многих очевидных вещей.  Я все это говорю, чтобы ты знал, что помощи тебе, по сути, ждать неоткуда. И запомни главное: Вилла тебе лучше обходить стороной, но, если уже встретишься с ним, то ни в коем случае не дай ему уйти. Это очень важно!

Голос Саты в моей голове звучал сухо и отстраненно, лишь в конце богиня повысила интонацию. Находящиеся в храме люди изредка бросали в нашу с Эллис сторону взгляды, но особого интереса никто не проявлял. Глаза настоятельницы светятся зеленым светом? Кого, интересно, в этом мире можно таким удивить?

– Что до меня... – после небольшой паузы продолжила Сата, – чувствуя вину перед своим погибающим народом, я поставила его жизнь выше своей и грубо вмешалась в вероятностное течение событий. Оценив потенциал твоего друга, я отдала почти все, чтобы он оказался на пути чудовища, пожирающего мой народ. Уже потеряв большую часть своего астрального тела, но ещё до смерти Пифона, я встретила тебя...

– Я уже говорила, что у каждого бога есть возможность быстрого восстановления праны и связанной с ней астральной проекции. Для меня это возможность сыграть с Сущим по самым высоким ставкам. Ведь чем они выше, тем больше выигрыш. Кому, как не тебе, это знать. Встретив тебя, я увидела шанс и решила сыграть на все то, что у меня осталось.  Сейчас я в своей филактерии, лежащей на пути той твари, о которой мы с тобой говорили. Я специально не стала прятаться, чтобы максимально увеличить свою ставку. Ну вот и все, Криан, я сказала, что хотела. Не сказала только о самом главном для меня и… наверное, для тебя. Просто не могу… Узнаешь, если мы когда-нибудь еще увидимся. Удачи тебе, Черный, и прощай…

Голос Саты стих, Эллис дернулась, пару раз глубоко вздохнула и ошарашенно посмотрела в мою сторону.

– Я... Госпожа только что…

– Да, Сата только что разговаривала со мной через тебя, – кивнул ей я. – Сказала, что отлучилась по своим божественным делам, и попросила, чтобы вы не очень тут без неё хулиганили.

– Она правда придёт, князь? – надежда и радость  в голосе жрицы смешались с текущими из её глаз слезами.

– Конечно, придёт, – поднявшись со скамейки, я улыбнулся и тронул женщину за плечо. – Она нас никогда не оставит. Передай это всем и прощай.

Я кивнул, поправил на поясе съехавшие ножны и, оставив жрицу наедине с ее мыслями, пошел к выходу.

На улице все так же светило солнце, сидели на заборе голуби, люди прогуливались по территории парка. Но что-то все-таки изменилось. В мозаику лёг очередной кусок, а этот мир стал ещё немного понятней. Гулять расхотелось, и я, покинув территорию храма, сверился с картой и направился в гостиницу, по дороге раздумывая о том, что мне рассказала Сата.