Читаем Черное эхо полностью

– В каком-то смысле он очень похож на вас – прошел войну и все такое, – сказала она. – Постарайтесь наладить с ним отношения. Ваша суровость не на пользу делу.

Босх оставил эту реплику без ответа. По коридору они подошли к помещению опергруппы № 3, где Уиш указала ему на письменный стол позади ее собственного. Она сказала, что стол пустует с тех пор, как сотрудника, который сидел за ним, перевели в опергруппу № 2, специализирующуюся на борьбе с порнографией. Босх поставил на стол свой кейс и сел сам. Оглядел комнату. Сегодня здесь было более людно, чем накануне. С полдюжины сотрудников сидели за столами, а еще трое сгрудились в задней части помещения, вокруг картотечного шкафчика, на котором стояла коробка с жареными пончиками. Кроме того, на полке оказался телевизор, он же видеомагнитофон. Вчера его здесь не было.

– Вы что-то говорили насчет видео, – обратился он к Уиш.

– Ах да. Я поставлю ту пленку, и вы посмотрите, а я пока отвечу на несколько телефонных сообщений по другим делам.

Она достала из своего стола видеокассету, и они прошли в заднюю часть комнаты. Стоявшая там троица, настороженная присутствием чужака, посторонилась со своими пончиками. Уиш вставила кассету в гнездо и, оставив Гарри смотреть, отошла к себе.

Видеофильм, снятый явно с помощью ручной камеры, представлял собой тряский проход оператора-дилетанта по следам грабителей. Съемка, как понял Босх, начиналась с магистрального канала ливневой канализации. Это был квадратного сечения туннель, который затем сворачивал в сторону и терялся в темноте, куда не достигал свет. Уиш была права: туннель был большим, по нему действительно мог проехать грузовик. Тонкий ручеек воды медленно струился вдоль средней части бетонного днища. Пол и нижняя часть стен были покрыты плесенью и морскими водорослями, и Босх почти физически ощутил запах сырости. Камера опустилась, приблизившись к серовато-зеленому полу. На тине и слизистом донном осадке виднелись следы покрышек. Следующий запечатленный видеокамерой план демонстрировал место входа в подземный лаз – аккуратно вырезанную в стене большого канала дыру. В кадре появилась пара рук, держащих круг из клееной фанеры, которым, как уже сказала Уиш, отверстие маскировали в дневное время. Руки отодвинулись в глубь экрана, вслед за ними появилась голова с темными волосами. Это был Рурк в комбинезоне с белыми буквами на спине: ФБР. Рурк приставил фанерный круг к отверстию. Круг идеально подошел по размеру.

Затем видеокамера перескочила и теперь показывала внутренность прорытого похитителями лаза. На Босха эта картина произвела впечатление тяжелое и зловещее, она возрождала мрачные воспоминания о рукотворных узких туннелях, по которым он проползал во Вьетнаме. Подземный ход уходил вправо. Сюрреалистическое ощущение усугублялось подрагивающим пламенем свечей, воткнутых в проделанные через каждые двадцать футов зарубки в стенах. После плавно изгибающегося отрезка пути протяженностью, как показалось Босху, футов в шестьдесят, туннель резко сворачивал влево. Далее за этим участком на протяжении ста футов следовал прямой, без поворотов, проход, по стенам которого все так же мерцали свечи. Затем камера уперлась в тупик, показав наваленные бетонные обломки, куски изогнутых стальных брусьев и металлического листа. Камера поднялась к зияющей дыре в потолке туннеля. Оттуда падал солнечный свет. Там же, наверху, стоял Рурк в своем комбинезоне и смотрел вниз, в объектив камеры. Он провел пальцем по шее, и картинка снова оборвалась. В следующий раз камера оказалась внутри хранилища, предлагая широкоугольный ракурс всего помещения. Как и на фото в газете, которое видел Босх, дверцы сотен депозитных сейфовых ячеек были распахнуты. Пустые ящички грудами валялись на полу. Двое технических экспертов обсыпали дверцы специальным порошком, чтобы снять отпечатки пальцев. Элинор Уиш и еще один агент смотрели наверх, на стальную стену из сейфов, и что-то заносили в блокноты. Камера снова приблизилась к полу, к отверстию подземного лаза, и затем картинка сменилась черным полем. Босх перемотал ленту обратно, отнес кассету и положил на стол Уиш.

– Интересно, – сказал он. – Я увидел несколько моментов, которые мне случалось видеть и раньше. В былые времена, в туннелях. Но ничего такого, что навело бы меня на мысль именно о «туннельных крысах». Что за нить привела вас к Медоузу и вообще к нашей братии?