Читаем Черное эхо полностью

Он выехал с парковки и проехал с четверть квартала, до телефонной будки перед винным магазином. Уиш пешком отправилась обратно к «Пагоде Тан Пху», и детектив подождал, пока она достигла двери в контору. Затем бросил в автомат двадцатипятицентовик и набрал номер, который занес в блокнот перед магазином Биня. Линия была занята. Элинор уже скрылась из виду. Он набрал снова. Опять занято. Босх торопливо проделал так еще два раза и лишь тогда услышал длинные гудки. Сначала он даже решил, что случайно набрал не тот номер, но в этот момент на том конце сняли трубку.

– «Тан Пху», – произнес мужской голос. Азиат, молодой, может, чуть за двадцать, подумал Босх.

– «Тан Пху»? – переспросил Босх.

– Да, пожалуйста.

Босх не мог придумать, что бы такое сказать. Он свистнул. Ответом ему была быстрая, отрывистая шквалообразная словесная отповедь, из которой Босх не разобрал ни слова и даже ни звука. Затем на том конце с грохотом швырнули трубку. Босх вернулся к машине и поехал обратно, на узкую стоянку перед торговой зоной. Он медленно пересекал ее, когда из стеклянных дверей появилась Уиш вместе с каким-то мужчиной. Тоже азиатом. Как и у Биня, у него были седые волосы, а еще определенная аура властности – скрытая внутренняя сила в дополнение к крепким мышцам. Он придержал дверь, пропуская Элинор, и кивнул, когда она поблагодарила. Некоторое время мужчина наблюдал, как она удаляется, затем опять скрылся внутри.

– Гарри, – сказала она, садясь в машину, – что ты сказал по телефону?

– Ни слова. Значит, это была их контора?

– Да. Думаю, тот человек, что придержал мне дверь, и был наш мистер Тран. Приятный мужчина.

– И чем же ты заслужила такое его расположение?

– Я сказала, что я из фирмы по операциям с недвижимостью. Когда я вошла, то спросила, как можно увидеть босса. Тогда из офиса в глубине вышел мистер Седовласый. Он сказал, что его зовут Джимми Бок. Я сказала, что представляю японских инвесторов, и спросила, не заинтересован ли он принять предложение по размещению здесь торгового центра. Он сказал, что нет. Он произнес на прекрасном английском: «Я не продаю, я покупаю». Потом проводил меня до выхода. Но мне кажется, это был Тран. Что-то в нем есть такое.

– Да, я видел, – кивнул Босх. Потом взял рацию и попросил диспетчера пропустить имя Джимми Бока через компьютерную базу данных Национальной службы криминальной разведки и управления автотранспорта.

Элинор описала внутренность офиса. Центральная зона, где располагается приемная, за ней коридор с четырьмя дверьми, одна из них – в самом дальнем конце, и, судя по двойному замку, там находится выход. Никаких женщин, но по крайней мере еще четверо мужчин, помимо Бока. Двое из них крепкие парни, похожи на охранников или вышибал. Сидели в приемной на диване, и когда Бок вышел из средней двери, вскочили.

Гарри выехал со стоянки и двинулся в объезд квартала. Он въехал на дорожку, которая пролегала позади торгового центра. Проехал некоторое расстояние и остановился, увидев удлиненный золотистый «мерседес», припаркованный перед задней дверью комплекса. В двери стоял двойной замок.

– Очевидно, это его авто, – сказала Уиш.

Они решили, что будут наблюдать за машиной. Босх проехал мимо, до конца аллейки, и остановил машину за мусорным ящиком. Потом сообразил, что ящик полон отходов из ресторана. Он подал назад и припарковался в боковой улочке – так что из пассажирского окна им был виден бампер «мерседеса». Босх при этом имел возможность одновременно смотреть на Элинор.

– Итак, мы ждем, как я понимаю, – сказала она.

– Получается, да. Нет никакой возможности определить, будет ли он предпринимать что-нибудь после предостережения Биня. Может, он уже куда-то дел свои бриллианты после того, как Биня выпотрошили в прошлом году, и мы просто зря теряем время.

Вскоре Босх получил от диспетчера ответ на свой запрос: Джимми Бок не имел нарушений по линии автоинспекции; он проживает в Беверли-Хиллз и не имел также никаких неприятностей с законом. Больше на него ничего не было.

– Я иду обратно, звонить, – объявила Элинор. Босх вопросительно посмотрел на нее. – Мне нужно отметиться. Я скажу Рурку, что мы установили наблюдение за этим человеком и стоим здесь лагерем. И нельзя ли подрядить кого-то, кто свободен, обзвонить банки и прогнать его имя через банковскую поисковую систему. Узнать, нет ли его в списке клиентов. Мне бы также хотелось, чтобы его имя прогнали через реестр крупных владельцев собственности. Он сказал: «Я не продаю, я покупаю». Мне бы хотелось узнать, что именно.

– Выстрели в воздух, если я тебе понадоблюсь, – сказал Босх, и она, открывая дверь, улыбнулась.

– Хочешь чего-нибудь поесть? – спросила она. – Я подумываю взять ленч навынос в одном из тех ресторанов при входе.

– Только кофе, – ответил он. Вьетнамской пищи он не ел уже лет двадцать. Он смотрел, как она удаляется и заворачивает к фасаду торгово-развлекательного центра.