Читаем Черная роза полностью

— Они были такими смелыми и добрыми, эти молодые люди, поклявшиеся завоевать Священный Город. Они маршировали с крестами в руках, и на их лицах было выражение преданности святому делу. Мы понимали, что, наверно, вернется один из пяти, потому что так бывало и раньше. Люди умирали от жажды и голода, или их убивали во время сражений. Если кто-то попадал в руки сарацинов, то их ждала еще худшая участь. Часть пленных превращали в рабов или живьем сажали на кол. Им оставалось так мало жить, и они были такими молодыми! — воскликнула мать. Голова у нее склонилась, и она опять погрузилась в молчание. — Спустя девять месяцев после их отъезда в наших окрестностях родилось восемнадцать детей, и ты, сын мой, стал одним из восемнадцати. На остальных детей никто не обращал внимания, потому что такие вещи случались и раньше. Но я была из хорошего семейства; вокруг было столько сплетен и пересудов, что сначала я думала, что умру от стыда. Но я всегда верила: когда Рауф возвратится, мы с ним поженимся. Ему должно было повезти, потому что так желал наш Господь и Пресвятая Дева Мария. Поэтому я выдержала упреки отца и ходила с гордо поднятой головой. — Последовала еще одна традиционная пауза. — Рауф вернулся только через четыре года. Когда он приехал сюда, то привез с собой жену!

Так всегда кончался рассказ матери. Но сейчас она страстно его продолжила. Уолтер никогда не видел ее в подобном состоянии.

— Если бы он знал о тебе, сын мой, он никогда бы не женился на ней! — На бледных щеках у матери показались красные пятна. — Я никак не могла ему об этом сообщить. Рауф был в жутких долгах. Ему пришлось заложить земли, чтобы собрать денег на поход, а по дороге назад его судно потерпело кораблекрушение возле одного греческого острова. Его захватили и потребовали выкуп, как это сделали германцы с королем Ричардом. Его родственники в Нормандии и ее близкие родственники заплатили за него. Поэтому Рауф женился на ней и остался на год в Нормандии, а потом вернулся сюда со своей уродливой женой-нормандкой и болезненным сыном. Уолтер, мой мальчик, если бы он знал о твоем существовании, он обязательно выплатил бы свои долги и выполнил данные мне обещания.

— Как ты можешь быть в этом уверена, мама?

Уолтер видел, как мать устала, но она торжественно ответила ему:

— Он сам мне об этом сказал. Да, Уолтер, он приезжал повидаться со мной. Это было, когда твой дед уезжал из дома. Мы с ним долго разговаривали, и он был таким грустным и подавленным. Он мне сказал, если бы он знал обо всем, то, вернувшись домой, расстался бы с Булейром, если бы возникла такая необходимость. Его здесь не было четыре года, и он думал, что я решила, будто он погиб. Иногда ему казалось, что мне надоело ждать и я вышла замуж за кого-то другого. Уолтер прервал мать:

— Ты мне раньше не рассказывала о том, что он приезжал к тебе. Мне кажется… кажется, что это меняет дело.

— Да, сын мой. Все становится абсолютно по-другому. Я уверена, что не прожила бы так долго, если бы не видела его. Но он приехал ко мне! И он мне сказал… — Мать взяла руку Уолтера и приложила ее к своей щеке. — Он сказал мне, что любил только меня. Меня всегда утешала мысль об этом!

— Мама, я хочу вам кое о чем рассказать, — признался Уолтер. — Я с ним тоже разговаривал. Он мне сказал, что считает себя слабым человеком и легко поддается влиянию. Теперь я понимаю, что он пытался передо мной оправдаться.

В комнате наступила тишина, и мать шепотом спросила: — Я никогда не видела его жену. Какая она? Сын гневно произнес:

— Она — Нормандская женщина, и этим все сказано! Она всем желает верховодить! Она жестокая, твердокаменная и жадная!

— Какая у него была тяжелая жизнь!

— Мама, — с напряжением спросил Уолтер, — вы уверены, что он женился бы на вас, если бы все сложилось по-иному? И тогда я был бы его законным сыном?

— Да, сын мой, я в этом уверена.

— Вы думаете, что он предпочел бы вас своей законной жене и я стал бы его наследником?

— Уолтер, — серьезно ответила мать, — никогда не сомневайся в том, что в глубине сердца Рауф всегда считал меня своей законной женой и он всегда хотел бы иметь такого сына, как ты. Никогда, никогда в этом не сомневайся!

Уолтер бьи счастлив, он почувствовал облегчение. Он про себя подумал: «Теперь я смогу с любовью вспоминать о нем». Вернулась Вульфа и тихо подошла к госпоже:

— Леди Хильд, вы слишком долго разговаривали. Теперь вам нужно прилечь. Обопритесь на меня, миледи. — Она говорила очень спокойно, но Уолтер почувствовал, что служанка намекает на то, что пора бы ему покинуть мать.

Леди Хильд откинулась назад в кресле. Ее глаза закрылись, и Уолтер заметил, что она вся дрожала.

— Миледи, вы слишком устали! — воскликнула Вульфа. — Я уверена, что вам необходимо отдохнуть. — Она быстро обратилась к Уолтеру: — Мастер Уолтер, вам лучше уйти.

Служанка проводила его до двери и прошептала:

— Ей становится все хуже, припадки случаются все чаще. Я вижу, как она слабеет.

Мать в кресле выпрямилась и посмотрела на сына и служанку. Было ясно, что она их не узнает.