Читаем Черная маска полностью

- Не совсем, - серьезно ответил Уорд. Летти опустила ресницы, чтобы скрыть разочарование.

- Думаю, вы его уже допрашивали?

- Да, в перерыве между его свиданиями с посетителями.

- И что он говорит?

- Говорит? Почти ничего. Сидит, улыбается и выглядит невинным, как мальчик из церковного хора на Рождество. Но я сам когда-то пел в церковном хоре, и меня не проведешь.

Летти перебирала шнурки сумочки, висевшей у нее на руке.

- А если он так ничего и не скажет? Что тогда? Вы ведь не... как бы это сказать... вы не допустите, чтобы с ним грубо обращались на допросах, правда, Томас?

- Вы в этом сомневаетесь? Так вот какого вы мнения обо мне и об армии США?

- Но вы же не будете утверждать, что этого не бывает.

- Салли Энн просила меня о том же. Вы обе, должно быть, считаете меня настоящим подонком.

Летти подумала, что у Салли Энн тоже есть право беспокоиться о Рэнни даже больше, чем у нее, - и глупо так раздражаться по этому поводу. Как бы то ни было, она решила оставить без внимания последнюю фразу, оброненную полковником.

- Я считаю вас прекрасным офицером, но на вас наверняка сейчас давят, чтобы вы положили конец вылазкам Шипа и тем зверствам, которые совершались от его имени.

- Так, значит, вы тоже считаете Шипа местным Робин Гудом? Вы полагаете, что он не виноват в большинстве преступлений - независимо от того, Рэнни это или нет?

- Не знаю. Я не знаю! - воскликнула она. Какое-то время он молчал, наблюдая, как медленно краснеют ее щеки.

- Кстати, а кто вам этот Тайлер? Я могу понять Салли Энн: она ему приходится родственницей. Но я не. вижу причин расстраиваться вам.

- Вряд ли вас это касается.

- Строго говоря, нет. Но я интересуюсь не просто из любопытства. У меня есть чувство, что вы сожалеете о том, что сделали, и я хотел бы знать почему.

Летти подняла на него удивленные глаза.

- Вы не понимаете, почему? Да потому, что вы схватили Рэнни! Он... я таких и не встречала. Он добрый, щедрый, в нем есть душевность, которая никого не может оставить равнодушным. Он очень чувствителен. Его душа не защищена, как у большинства из вас. Иногда у него такие трагические глаза, что я не могу...

- У меня создается впечатление, что, если бы он был нормальным, вы бы в него влюбились.

Летти пожала плечами, чувствуя, что краснеет еще больше.

- Я не скрываю, что привязалась к нему. Это естественно. Учителю всегда особенно дороги некоторые его ученики.

- Дороги?

- Позвольте! - Летти вызывающе вскинула подбородок.

- О, я ничего дурного не имел в виду, - сказал полковник, но было видно, что он о чем-то сосредоточенно думает.

- Позволю себе напомнить, - спокойно произнесла Летти, - что Рэнни однажды спас вас. Очень вовремя вмешался тогда, в Сплендоре, когда вы поссорились с Мартином Иденом.

- Я не забыл. Я также не забыл, как он привел меня в чувство в Элм Гроуве, когда я чуть было не разрушил свои отношения с Салли Энн, не оставив никакой надежды на будущее.

- Ну, и?..

- Ну и я даю вам слово, что буду обращаться с ним мягко. Может, вас это и удивит, но ничего иного я и не собирался делать.

Летти с облегчением улыбнулась.

- Ничего другого я и не ожидала, и все-таки приятно это слышать от вас.

- Ну, я бы его, конечно, потрепал немного ради удовольствия, а может быть, и поколотил бы слегка, но у него слишком много друзей. Не хочу показаться трусом, но мне не нравится перспектива быть повешенным как-нибудь темной ночью - от такой судьбы меня только что пытался предостеречь Сэмюэл Тайлер.

- Он вам так прямо и сказал?

- Во всяком случае, намекнул. - Полковник направился к двери, чтобы открыть ее и придержать для Летти. - Ну что, навестим пленника?

Тюрьма находилась в подвальном помещении того же здания. Эту маленькую комнатку с единственным зарешеченным окном использовали раньше, чтобы держать там непокорных рабов. Чтобы добраться туда, им пришлось пройти по коридору к заднему выходу и спуститься с крыльца. Томас открыл ключом двойные двери, ведущие в подвал, и провел Летти по коридору в его дальний конец, где справа и была камера. Там находилось еще несколько помещений, предназначавшихся для хранения запасов. В подвале было сумрачно и пахло пылью и плесенью, но зато здесь царила прохлада.

Томас остановился перед зарешеченным дверным проемом камеры, за которым виднелись крошечное окошко с решеткой, раковина для умывания и узкая лежанка. На ней вытянулся человек. Полковник костяшками пальцев постучал в стену.

- Тайлер, к тебе тут пришли. - Он развернулся и пошел по коридору, бросив Летти через плечо:

- Я вернусь через пять минут.

Рэнни поднялся. В тусклом свете камеры его высокая фигура была смутно различима. Он шагнул к ней из темноты своей легкой, скользящей походкой, и у Летти перехватило дыхание. Сердце пронзила страшная боль, оно готово было разорваться. Она уже не могла ни думать, ни говорить, не могла даже сдвинуться с места.

Рэнни подошел ближе. Свет, проникавший через двери в конце коридора, высветил мягкое золото его волос, бронзу кожи, нежный изгиб губ. Большие руки ухватились за решетку на двери.

- Мисс Летти? - как-то неуверенно произнес он.