Читаем Черная луна полностью

Дэни обомлел. Он смотрел в голубые кроткие глаза императора и страдал оттого, что встреча произошла так внезапно, так несвоевременно и…

– Друг мой, не нужно переживать. Хорошо. Я к вам инкогнито. Вы меня слышите? – участливо произнес император.

– К-конечно, Ваше Величество! Я весь к Вашим услугам… – пролепетал Дэни.

– Вот и прекрасно. Хорошо. Я храню в вашем банке свои вещи. Вы знаете об этом?

– К-конечно, Ваше Величество!

Еще бы Дэни не знал – он имел доступ к сейфам особой секретности и был посвящен в тайну. А тайна состояла в том, что в 1913 году на высочайшее имя Николая Александровича в этом банке был открыт счет и, помимо денег, в банковское хранилище поступили личные драгоценности императрицы Александры Федоровны. Они должны были храниться сто лет, а по прошествии срока банк обязался передать их дееспособным английским родственникам царственной четы.

– Все хорошо, друг мой, дайте руку и ведите меня к моим сокровищам, – сказал император.

Дэни, обливаясь потом от волнения, вложил свою руку в протянутую ладонь Николая Александровича. В момент, когда их руки соприкоснулись, швейцарец испытал ощущение, будто замкнулась цепь с единым круговоротом энергетического потока. Он и император стали одним целым – феноменально!

Охрана выполнила необходимые приказания, и путь к подземному хранилищу они преодолели беспрепятственно.

Дэни на последнем этапе многоступенчатой схемы контроля набрал сложный шифр на электронной панели, и многотонная дверь бункера, не открывавшаяся несколько лет, тяжело отъехала в сторону. Император и менеджер шагнули в помещение, способное выдержать ядерный взрыв на поверхности земли.

– Вот Ваш сейф, Ваше Величество. Если позволите, я помогу вам перенести…

– Не нужно, друг мой. Все хорошо. Я пришел не за этим. Откройте.

Дэни открыл сейф. Внутри стояло несколько запечатанных ящиков и мешков, на каждом из них был прикреплен листок с описью содержимого. Швейцарец никогда не видел этих богатств, но ясно представлял себе, что они колоссальны.

Император выпустил его руку, подошел к мешкам, внимательно осмотрел описи и достал один из опломбированных ящиков, самый маленький, внутри которого находилась шкатулка. Дэни смущенно отвернулся: служащим не полагалось видеть клиентов банка в такой момент.

Через пять минут на плечо Дэни легла рука императора.

– Все хорошо. Пойдемте. Я удовлетворен.

Дэни вновь закрыл сейф, затем оба вышли из хранилища, и оно автоматически захлопнулось.

Швейцарец проводил высочайшего гостя к выходу, не смея предложить ему поставить свою подпись на специальной карточке. Охранники вытянулись во фрунт, пропуская императора.

Романов печальным кротким взглядом окинул вестибюль банка. Глаза его остановились на больших настенных часах с боем.

– Все хорошо. Оставайтесь на месте. Когда вы услышите бой часов, вы ничего не будете помнить, – произнес император и осенил всех троих крестным знамением.

Он вышел, держа руки в карманах своего льняного пиджака. Дэни и охранники наблюдали сквозь стеклянные двери за удаляющейся фигурой, пока император не скрылся за поворотом улицы. Солнце находилось в зените.

Раздался оглушительный бой часов.

Дэни стоял на площадке – секунду назад он спустился с лестницы, направляясь пообедать.

Охранники как-то странно смотрели на выключенные мониторы.

– Минутное замыкание, ничего страшного – предположил один.

Второй включил систему, мониторы вновь заработали.

Дэни не слышал этого, он кивнул им и вышел.

Все-таки что-то смущало его. Он не понимал, в чем дело. Какая-то противная заноза засела в сердце.

Дэни шел по привычному для него маршруту и удивлялся, не понимая, почему его всегда сбалансированное душевное равновесие давало очевидный перекос. Что-то было не так. Он огляделся по сторонам. Взглянул на наручные часы. И издал тихий возглас изумления: его обед уже целый час дожидался на столе, жена извелась, не понимая, почему супруг так задерживается. С ним такое произошло впервые. Дэни прибавил шаг…

Нина проснулась ровно в семь тридцать.

Через пять минут звякнул будильник. Она, вытянувшись в постели, ждала его с напряжением хищника – и резким нажатием ладони накрыла дребезжащий колпачок.

Еще через две минуты загудел будильник мобильного телефона – контрольный звонок. Пора.

Обычное утро обычного дня. Понедельник. По статистике, утром в понедельник женщины уделяют своей внешности вдвое больше времени, чем в пятницу. Нина не являлась исключением. Но не в этот раз.

Выходные выдались на субботу и воскресенье, такое случалось нечасто при ее скользящем графике. Два дня безделья в плывущем от июльской жары мегаполисе были худшей пыткой, которую придумала цивилизация.

Тишина разбудила тиранов в ее душе, и те вновь назойливо стали ставить вопросы, на которые не находилось ответов. Тишина приобретала характер вселенской катастрофы. Телефон выглядел безжизненно, как ампутированный орган. Никому до Нины не было дела. Даже родителям, что спокойно ковырялись на грядках воронежской дачи.