– Прошу прощения, – еле слышно выдавила из себя она.

– И правильно делаете, – мрачно изрек Вульф. Женщина, давшая волю чувствам, для него невыносима. – Колотя по моему столу, вы ничего не добьетесь. Как звали тех шестерых, которых вы любили больше всего на свете и которые погибли?

Она назвала имена, и он захотел узнать о них больше. Я начал подозревать, что в действительности ключей у него не больше, чем у меня. Он и в самом деле попросту морочит Кремеру голову, дабы увести его подальше от «N. W», на которых заклинило инспектора. Забрав сгоряча пятьсот долларов, мой босс решил убить ночь на то, чтобы хоть как-то их отработать.

Линия, которой он теперь придерживался со Сьюзен Матуро, подтверждала мою догадку. То была всего лишь старая добрая игра с вытаскиванием призов из мешка наугад. Вульф заставлял девушку говорить о чем и ком угодно в надежде, что в этих случайных разговорах всплывет некая соломинка, за которую можно будет ухватиться. Я по опыту знал, что при никудышной поживе Вульф мог играть в подобную игру несколько часов подряд.

Он по-прежнему расспрашивал Сьюзен Матуро, когда явился коп с сообщением для Кремера и шепотом доложился ему. Кремер встал, направился к двери, но затем передумал и развернулся.

– Вы могли бы тоже в этом поучаствовать, – сказал он Вульфу. – Нашли миссис Тиллотсон, она уже здесь.

Сьюзен Матуро могла вздохнуть с облегчением, ведь с Вульфа сталось бы допрашивать ее ни о чем еще час-другой. Хотя, скорее всего, вся перемена свелась для нее к тому, что на место моего босса заступил какой-нибудь лейтенант или сержант, взявшийся допрашивать ее в другой комнате.

Поднявшись, она взглянула на меня и как будто даже попыталась улыбнуться, мол, я не в обиде, но это был самый жалкий суррогат улыбки, который мне случалось видеть. Я бы, пожалуй, подошел к ней и похлопал по плечу, если бы это не выглядело непрофессионально.

После ее ухода в кабинет вошла вовсе не миссис Тиллотсон, но полицейский в штатском. Он был одним из последних приобретений убойного отдела, и прежде я его не видел, но поневоле залюбовался мужественной поступью, пока он шел, и щеголеватой выправкой, когда он встал навытяжку перед Кремером, ожидая вопросов и распоряжений начальства.

– Кого ты там оставил? – спросил его Кремер.

– Мерфи, сэр. Тимоти Мерфи.

– Хорошо. Выкладывай. Хотя погоди. – Кремер повернулся к Вульфу: – Его зовут Рока. Он дежурил в конторе Хеллера. Это с ним вы разговаривали насчет карандашей и резинки. Продолжай, Рока.

– Слушаюсь, сэр. Позвонил портье и сказал, что в фойе находится женщина, она хочет подняться, и я велел впустить ее. Я решил, что нам это будет на руку.

– Ты, значит, решил?

– Так точно, сэр.

– Тогда продолжай.

– Она поднялась на лифте. Своего имени не назвала. Все выспрашивала меня, сколько я пробуду там, ожидается ли еще кто-нибудь и все в том же духе. Мы препирались какое-то время, я все пытался выяснить, кто она такая, а потом дамочка пошла напролом. Достала из сумочки пачку банкнот и предложила мне сначала триста долларов, затем четыреста и, наконец, пятьсот, чтобы я открыл секции картотеки в кабинете Хеллера и оставил ее там одну на час. Это поставило меня в затруднительное положение.

– Вот как?

– Так точно, сэр.

– И как же ты вышел из него?

– Если бы у меня имелись ключи от секций, я принял бы ее предложение. Открыл бы их и оставил ее там. А когда она собралась бы уходить, арестовал бы и доставил для обыска. Так мы узнали бы, чт́о она взяла из картотеки. И дело разрешилось бы. Но у меня не было ключей.

– Ага. Если бы у тебя имелись ключи, ты бы открыл картотеку и оставил ее там, а она взяла бы, что ей нужно, да сожгла бы, а ты собрал бы пепел и отправил его в лабораторию, чтобы его исследовали современными научными методами.

Рока сглотнул:

– Честно говоря, об этом я не подумал. Но если бы у меня имелись ключи, я бы поразмыслил как следует.

– Готов поспорить, так оно и было бы. Ты взял ее деньги в качестве улики?

– Нет, сэр. Я подумал, что это могут признать подстрекательством. Я взял ее под стражу. Потом позвонил. А когда ребята приехали, привез ее сюда к вам. Я останусь для очной ставки с ней.

– На сегодня ты пообщался с ней достаточно. Тобой займемся позже. Иди и скажи Бюргеру, чтобы привел ее сюда.

Глава пятая

Хотя тем утром я пробыл в приемной Хеллера совсем недолго, мой натренированный взгляд схватывал все мгновенно и прочно запечатлевал схваченное в памяти. Так вот, миссис Альберт Тиллотсон я признал с трудом. Она потеряла фунтов пять, а морщин приобрела вдвое больше прежнего, и из-за контраста яркой помады с блеклой кожей смахивала скорее на карикатуру, вышедшую из-под пера женоненавистника, нежели на отъевшуюся матрону.

– Я хочу поговорить с вами наедине, – заявила она инспектору Кремеру.