Читаем Черчилль и Гитлер полностью

Прекрасной иллюстрацией способности Черчилля сохранять здравый смысл и стараться применять нетрадиционный подход может служить его любовь к спец операциям. В борьбе с нацизмом для премьер-министра хороши были любые идеи. Черчилль всегда питал особое пристрастие к «потешным» операциям, как он их называл, всю жизнь ему будоражили кровь тайные агенты и секретные коды, слежка и конспирация. Ведение военных действий с применением необычных методов и средств великолепно вписывалось в выработанную им общую военную стратегию, заключавшуюся в том, что прямое военное противоборство на территории континентальной Европы будет стоить больше жизней и ресурсов, чем если борьба будет вестись окольными путями.

Такова была подоплека Галлипольской операции в Первую мировую войну, и она же лежала в основе Итальянской и планируемой Балканской кампаний в так называемом «мягком подбрюшье Европы» во Вторую мировую. В период между двумя войнами Черчилль был убежденным сторонником теории о том, что деньги, потраченные на сбор и сопоставление разведданных, почти никогда не бывают потрачены впустую. В 1909 г. он сыграл решающую роль в создании MI5, а пять лет спустя, накануне Первой мировой войны, способствовал созданию особого подразделения Адмиралтейства, являвшегося ведущим криптографическим органом Великобритании и получившего название Комната 40.

Всю жизнь – служа младшим офицером, писавшим донесения в Министерство иностранных дел, в Индии в 1890-х гг., освещая в качестве военного корреспондента события на Кубе, принимая непосредственное участие в Англо-бурской войне – Черчилль поддерживал связь с британской разведкой. Он настоял на участии секретных служб в Гражданской войне в России, в подводной войне в 1914–1915 гг., и даже во всеобщей забастовке. После Второй мировой войны он продолжал оставаться активным участником большой игры разведслужб, а затем высоко ценил их использование в «холодной войне».

Тесные связи Черчилля с британской разведкой способствовали созданию частной шпионской сети, оказавшей ему неоценимую помощь в «дикие годы»[98]. Во время войны с помощью тайного агента, носившего имя Алан Хиллгарт, он сумел подкупить несколько высокопоставленных чинов из окружения Франко, заручившись таким образом нейтралитетом со стороны Испании. Лорд Галифакс находил неприятным, как он это называл, «подсовывать конверты на поле для гольфа», но Черчилль всего-навсего считал, что действует в традициях английской дипломатии восемнадцатого века, когда в подкупе не видели ничего постыдного.

Черчилль постарался сделать так, чтобы тот факт, что союзники взломали коды «Энигмы», был известен ограниченному кругу лиц в количестве тридцати одного человека, скрывавшемуся под общим кодовым именем «Бонифаций», что должно было заставить врага поверить, будто все данные поступают от одного (непременно занимающего высокий пост) человека. Степень конфиденциальности была такова, что никто из этих людей не знал о том, что под псевдонимом «Ультра» скрывался Хью Далтон – директор Управления специальных операций, которому Черчилль отдал приказ «Поджечь Европу!».

«В военное время, – говорил сначала Сталин, и вслед за ним Черчилль, – правда настолько ценна, что ее всегда должна сопровождать ложь». Органом, который был создан для того, чтобы лгать во имя Англии, являлось Управление политической разведки и пропаганды (PWE). В одном из домов в Кэмбриджшире автор книги недавно обнаружил неопубликованные бумаги PWE, документы и фотографии, которые проливают свет на то, как союзники планировали создать хаос в Европе в момент высадки союзных войск в июне 1944 г. Этот богатейший, но прежде неизвестный архив представляет собой любопытную смесь наивности и беспощадности, характерную для PWE в период всего его существования с 1938 по 1945 г.

Бумаги принадлежали Дэвиду Гарнетту и хранились у его сына Ричарда в Хилтон-холле в Хангтингдоне[99]. В 1945 г. министр иностранных дел Эрнст Бевин попросил Гарнетта, бывшего начальника управления боевой подготовки при PWE, написать секретную историю вклада Управления в войну, чтобы в случае необходимости применить имеющийся опыт в период «холодной войны». В результате всплыли столь откровенные – а на самом деле клеветнические – подробности, касавшиеся такого большого числа влиятельных лиц в правительстве и армии, что показать готовый материал решено было только четырем лицам, в Министерстве СВ, Адмиралтействе, Министерстве ВВС и Министерстве иностранных дел, а затем его быстро похоронили в архивах исторической секции секретариата кабинета министров. На папке имеется надпись: «Настоящий документ является собственностью правительства Ее Величества. СЕКРЕТНО. Хранить под замком. С целью обеспечения секретности настоящего документа требуется соблюдать особые меры». Этот документ был, наконец, опубликован только в 2002 г., через полвека после того, как работа над ним был завершена[100].