Читаем Черчилль и Гитлер полностью

Шутки, объектом которых часто бывал он сам, являлись важной составляющей речей Черчилля. Мне известен только один случай, когда Черчилль не смог оценить шутку во время обсуждения экстравагантной манеры Монтгомери рекламировать самого себя Джок Колвилл, его личный секретарь, вставил замечание, что генерал запретил оркестру Восьмой армии исполнять марш «Британский гренадер». На вопрос Черчилля почему, Колвилл ответил, что все дело в первой строчке: «Some talk of Alexander…» (генерал Гарольд Александер был соперником Монти во время операции в пустыне). Остальные гости, собравшиеся за обеденным столом, одобрительно рассмеялись, но на следующее утро, к своему ужасу, Колвилл обнаружил, что Черчилль воспринял эту историю всерьез и продиктовал начальнику Имперского генерального штаба записку с распоряжением немедленно отменить приказ Монтгомери. Колвилл вспоминал: «Когда я смущенно объяснил, что всего лишь хотел пошутить, его это совсем не позабавило». За исключением этого единственного и соответственно только подтверждающего правило исключения, Черчилль был человеком, в чьей жизни юмор играл важную роль. Он также имел склонность к поразительным и забавным сравнениям, таким, например, как: «Наказывать Китай – все равно что пороть медузу». Шутливые замечания отличались подлинным остроумием – характерным, скажем, для Оскара Уайльда, Джорджа Бернарда Шоу и Ноэля Кауарда, даже если на самом деле они их не произносили, и Черчилль, несомненно, пользовался этим.

Хотя в домашней обстановке, среди друзей, Гитлер якобы был известен своим талантом имитатора, он почти никогда не шутил на публике. Имитация, как никак, один из приемов в арсенале публичной женщины, в целом же юмор его был недобрым. Особенно он веселился, когда другие попадали в неловкое положение. После войны Альберт Шпеер вспоминал злую шутку, которую Гитлер с Геббельсом сыграли с пресс-секретарем НСДАП Эрнстом (Путци) Ханфштенглем, чьи личные тесные связи с фюрером тревожили Геббельса, пышно именовавшегося министром народного просвещения и пропаганды. Гитлер был многим обязан Ханфштенглю. Они дружили с 1923 г., когда последний одолжил Гитлеру 1000 долларов, на которые нацисты начали выпускать ежедневную газету «Vфlkischer Beobachter» («Народный обозреватель»). На первых порах знакомство с Ханфштенглем, который был выпускником Гарварда, придавало Гитлеру в глазах светского общества некую респектабельность. Однако все это не могло защитить Ханфштенгля от ненависти Геббельса,