Читаем Chemotaxis полностью

Верняк. (поспешно) Нет, я знаю, что это звучит неправдоподобно, ненаучно звучит. Но вы только не подумайте, что это мистика какая или еще что. Это — чистая химия. Дело в том, что родственные клетки имеют похожий химический состав… некое вещество, которое они могут распылять и оставлять за собою, как след… Ну, примерно, как Мальчик-с-пальчик в сказке оставлял хлебные крошки, помните?

Амбал. (мрачно) Сказочник хренов…

Верняк. Не верите, да? Я вам честное слово даю — это все строго научная истина. Только след этот на крошки не похож — он сильный, его можно уловить на очень большом расстоянии; причем, чем сильнее эти клетки хотят встретиться, тем дальше это контактное вещество действует, понимаете?

Амбал. (мрачно) Клетку, значит, ищешь?

Верняк. (разводит руками) Ищу.

Амбал. Ага. Одна клетка по тебе точно плачет — со стальными прутьями. В ближайшем дурдоме… (сжимает голову обеими руками) а уж мне-то ты так голову задурил, так задурил… прямо кругом идет. А ведь как всё было хорошо, как ясно… Тьфу!

Из темноты доносится голос Умника. Потом подходит и сам он, зевая и потягиваясь.

Умник. А зачем ты его слушаешь, дурья башка? Сам виноват. Такие деятели, как он — опаснее всего. Так и норовят здорового человека с панталыку сбить. Теоретики недобитые… Спасители человечества…

Амбал. (радостно) О! Интеллигент проснулся! А ну, греби к нам поскорее, радость ты моя лохматая. На тебя — вся надежда… Ты ведь давно не спишь, правда? Ну, правда? Слышал, как этот чудик мне мозги компостировал?

Умник. (ворчливо) Слышал… да и как не услышать, когда вы прямо под ухом вопите во всё горло, людям спать не даете. То вы двое шумите, с вашими идиотскими спорами, то пара либеральных гуманистов стонет, сливается в едином порыве в борьбе за равноправие членов… Какой тут, нафиг, сон? Слава Богу, хоть немногословный наш товарищ лежит тихо, никого не насилует. Пока.

Амбал. Нет, ты подожди. Ты мне скажи — ведь врал он всё, правда? Правда ведь? Правда?

Умник. Конечно, врал. Полная чушь.

Амбал. (осторожно) Про вещества те, с хлебными крошками? Про Мальчиша-Кибальчиша с пальчиком?

Умник. Враки.

Амбал. (веселее) Про такси это? Про королеву?

Умник. Чушь.

Амбал. (восторженно) Про то, что мышцы тут не при чем?

Умник. Ерунда. Плюнь и разотри.

Амбал. (в экстазе) Я знал! Я знал! Слава Богу!

Умник. (устало) Шел бы ты спать парень, а то, неровен час, еще где-нибудь чего не того наслушаешься.

Амбал. Конечно… теперь-то конечно! Спасибо тебе, браток, такое тебе спасибо… (Верняку) А ты… уу-у… вражина. И угораздило же меня к тебе подойти! Тьфу, нечисть… Спать… спать… завтра как побежим, как побежим… Йй-ех! Йй-ех!

Укладывается спать и немедленно засыпает.

Верняк. (Умнику, виновато) Вы, конечно, правы. Черт меня дернул ему все это говорить… И знал ведь, что не надо, а вот — не удержался. Это, наверное, из-за волнения. Я, видите ли, так сильно волнуюсь, что уснуть не могу: всё думаю о встрече с Королевой…

Умник. Да бросьте вы юродствовать, право слово! Себе-то вы зачем врете? Мало того, что ребенка этого великовозрастного обокрали…

Верняк. Обокрал? О чем вы? Возможно, не следовало разрушать его иллюзии так резко, как я это сделал… но лгать ему я не лгал. Да и потом — разве не лучше знать правду?

Умник. Ай-яй-яй… какие мы умные… Да с чего вы взяли, что ваша правда правдивее его правды? Вы у него надежду украли, уверенность в себе, хорошее настроение… а зачем?

Верняк. Я всего лишь говорил о фактах, не более того.

Умник. (кричит) Врешь! Никакие это не факты! Домыслы это всё, понял ты меня?! Домыслы твои многомудрые…

Вот, к примеру, пел ты ему про какие-то пространства необъятные, про крохотный сперматозоид на просторах вселенной… Это ты фактом называешь? А уверен ли ты в этом факте? Ты его проверял, этот факт? А что, если нету никакой вселенной? А? Что, если вселенная твоя кончается ровно там, за этой вот стенкой? Если всего-то и есть там что крохотная комнатка, и сидит в ней эта самая яйцеклетка и ждет не дождется своего татуированного спортсмена? А? Может ведь такое быть, ну скажи, может?

Верняк. (тихо) Нет, я не думаю… я не верю, что это так. Я верю, что…

Умник. (перебивает) Ах ты веришь? Ну и верь себе на здоровье. Только вера, она ведь у каждого своя. Ты вот веришь в свою Королеву, этот дурак — в свою «яйцекладку», а тот вот складный мужичок — в жопу свою хитрую. И все, заметь, одинаково правы. Потому что веру-то — что обсуждать? Вера, она на то и вера, что принимается без обсуждения. Но ты-то свою веру за факты выдаешь, вредное ты существо…

Пауза.

Верняк. Ну а вы?

Умник. Что — я?

Верняк. Вы-то во что верите?