Читаем Челтенхэм полностью

Существует скудная горсть фактов, которые можно толковать по-всякому и которые рождают больше вопросов, чем дают ответов. С некоторой степенью вероятности можно утверждать примерно следующее. Задолго до официального начала Первой Космической войны, когда Тмговели и юный Эл Шарквист только затевали Стимфальскую Империю, на планете с хрестоматийно-фольклорным названием Лебяжья Гавань-6 находился пересыльный пункт для беженцев из районов военных перепалок, которым еще предстояло перерасти в мировую бойню. Весной тринадцатого года фронт неожиданно подступил к этому лагерю вплотную, началась срочная эвакуация, а затем и просто массовое бегство, и большая группа самого разношерстного люда, волею обстоятельств очутившегося на лихом военном перекрестке, погрузилась на два корабля со сказочными названиями «Валар» и «Авалон» и взяла курс на Тратеру, подальше от надвигающихся ужасов.

Здесь начинается первая, пока еще пустяковая, загадка этой истории. Почему без малого четыре тысячи человек выбрали в качестве островка спасения мало кому известную, не населенную планету в богом забытой медвежьей глухомани? В это время с Лебяжьей Гавани был открыт коридор на Гестию – крупнейший перевалочный узел, откуда без труда можно было отправиться куда угодно; действовал канал и до Англии VIII – большой процент беженцев был именно оттуда. Но нет – возобладала неожиданная и довольно странная идея. Остается предположить, что путешественников, скажем, сбила с толку и ввела в заблуждение ошибочная информация, кто-то что-то перепутал в неразберихе и панике…

Дальше как раз все очень понятно. По прибытии экипажи перессорились, разгорелись нешуточные стычки, впрочем, похоже, особенного единства там не было с самого начала, о чем и было отправлено первичное сообщение – и дальше Тратера замолчала, а мир, охваченный войной, надолго забыл о своей крохотной частице, сгинувшей в безвестной глуши.

Переселенцев обнаружили ни много ни мало через девяносто с лишним лет. Уже Стимфал был столицей империи, уже в воздухе пахло новой войной – и тут вновь открылась пребывавшая в забвении Тратера. Выяснилось, что там царит вполне пристойное модернизированное средневековье – стандартная ситуация для «затерянных цивилизаций». Используя оставшиеся в распоряжении технические возможности, итальянцы построили Италию, англичане воспроизвели свое представление об Англии и так далее. Возникли неясности: во-первых, ничтожные, но нигде ранее не отмеченные колебания орбиты. Во-вторых, удивительным образом всякая память о предках, некогда спустившихся с небес, полностью испарилась, какие бы то ни было упоминания о таком эпохальном событии отсутствовали совершенно. Более того, никаких следов посадки космических кораблей, ни останков самих кораблей обнаружено не было.

Публика заинтересовалась этой жизнью, и вот на волне такого интереса на свет божий вынырнула так называемая Кентерберийская летопись, она же Кентерберийский протокол, она же Кентерберийский судебник. Буквально накануне повторного открытия Тратеры, на ее английской части, то есть в Бернисделе, бурлила очередная политическая свара, именуемая выборами короля. Британский властитель, Безумный Гарри, успевший себе и другим на беду вклиниться между реформатором и завоевателем Генрихом V и долгой чередой смут и нашествий, во время очередного помрачения ума и не без помощи лордов оппозиции, надумал отречься от престола и назначить выборы нового монарха. Как ни странно, нашлось немало отчаянных голов, по самым разным соображениям принявших всерьез этот заскок царственного разума. Духовный глава Бернисделя, епископ Кентерберийский, потребовал от всех претендентов на престол (а набралось таковых одиннадцать человек) письменных обоснований своих претензий. Канцелярию епископата немедленно завалили грамоты, родословные, пергаменты с генеалогическими древами, какие-то земельные уставы и еще бог знает что. Каждый, не щадя сил, доказывал, что именно он-то и есть тот самый, единственно законный… Канцелярия аккуратно писала в ответ, отсылала заключения, претенденты строчили апелляции… короче, в итоге набралась целая библиотека. И вот из этой-то летописи-библиотеки и вышла та главная, страшная и роковая загадка, которая определила судьбу Тратеры на многие и многие десятилетия вперед.