Читаем Челси. Правила игры полностью

– Да, это как, помнишь кокаиновый скандал с одной известной моделью? Безусловно, утверждать ничего не буду, но у меня было невольное чувство, будто его специально заказали наркодельцы на крупном уровне, чтобы сделать ещё больший промоушн наркотикам, а её просто подставили. Она модель для подражания у многих, и, смотри, её лицо повсюду, и теперь оно чётко ассоциируется с кокаином, я думаю, не только у меня. Всё это сделано, чтобы сделать кокаин абсолютно нормальным, естественным продуктом для потребления. Это всё равно что повесить рекламу: «Кокаин – модно, стильно, для тебя».

– Да, я не задумывалась об этом, и правда, её билборды опять повсюду… Мне она, кстати, тоже нравится. Говорят, что её заработки после скандала утроились.

– Лондон давно торчит. Ему всё равно, что делает или делала эта мисс.

– Да, я знаю. Дело в том, что никто ничего не хочет делать по этому поводу, потому что мафия давно подсадила на кокаин тех, кто имеет значение. Многие высокопоставленные чиновники, полиция и даже судьи время от времени употребляют кокаин. Они никогда не примут меры, ужесточающие наказание за потребление накротиков, и уж точно не будут стремиться избавить Лондон от кокаина, потому что это будут меры против них самих.

– На самом деле, меня больше беспокоит, какие дети родятся у тех, кто злоупотреблял или всё ещё балуется наркотиками.

– Да, наркотики плюс антибиотики, которые местные врачи прописывают даже от кашля, не добавят здоровья матери.

– В «СВ» семьдесят процентов точно нюхают. Люди настолько пустые, что без допинга им друг с другом неинтересно.

– Ну, обобщать, конечно, не стоит.

– Ты понимаешь, о чём я.

– Я недавно ходила на день рождения к подруге и за столом оказалась рядом с одним мужчиной лет сорока. Господи, какой мужчина!

– Хмм. У тебя новый кавалер?

– Ну да, послушай. Позже оказалось, что этот мужчина супербогатый и т. д. и т. п. Мы провели весь вечер вместе так весело и легко, болтая буквально обо всём на свете!

– Как давно это было, если не секрет? Разве ты не встречалась с Джеком последние три года?

– Да. Да. Конечно… Я в то время встречалась с Джеком, так что о свидании с Маркусом, так его звали, мы не договаривались, но утром следующего дня моя подруга Эмили, которая его пригласила на эту вечеринку, позвонила мне, расспрашивая, что я о нём думаю и как у нас всё прошло. Она не скрывала, что хотела нас свести. Ей всегда казалось, что я достойна большего, чем Джек. Я сказала, что Маркус мне понравился, но у нас ничего не было. Она была разочарована, сказала, что я дура, упускаю такого парня, что он не просто при деньгах, а мультимиллионер и очень известная личность. Она звонила собрать горячие сплетни, но мы даже телефонами с ним не обменялись, не то чтобы…

– О нет…

– В общем, к чему я это? А, вот что, интересный момент был в том, что ни разу за весь вечер он не упомянул в разговоре о своих деньгах! Ни разу не заставил меня почувствовать себя неловко. Он был сверхпредупредителен, вежлив и внимателен. Я ему сказала, что у меня есть бойфренд, и мы просто общались. Это было так чисто и свежо, глоток воздуха в загазованном городе. Он был самим собой. Я уважаю таких людей. Я даже скучаю по нему.

– Настоящих людей, да ещё с хорошими манерами, единицы. Я недавно познакомилась с тремя неприлично богатыми болгарами, и мы пошли в один известный бар в Сохо. Он особенно известен своим чёрным туалетом. Заходишь в туалет и почти на ощупь ищешь дверь в кабинки. Стены освещают неоновые звёзды, есть небольшая подсветка умывальников – и всё.

– Да, я там была! – воскликнула я, вспомнив своё прошлогоднее свидание с одним итальянцем. Там красиво и необычно. Туалет забавный, хотя и не совсем практичный. Салон бара кожаный, выполненный в чёрно-коричневых тонах с меховыми накидками для стульев в виде коровьих шкур. Забыла, как называется…

– Я тоже, но ты поняла, о каком месте идёт речь. Там всегда хорошая публика. Хороший бар, приятная атмосфера, и, веришь или нет, сколько туда хожу, мне всегда там нравилось. Однако же эти трое с кислыми лицами оглядели присутствовавших и не задумываясь тут же окрестили их: «Лохи». Причин назвать не смогли. Я не сомневаюсь, что им просто по поводу и без повода нравилось чувствовать себя выше. Сказать по правде, внешне эти три болгарина совершенно сливались с присутствовавшей толпой, поэтому я искренне не могла понять, как они определяют, что другие – лохи, а они нет?