Читаем Человек-комбини полностью

– Идзуми-сан! Вы вчера выходили на смену? Вся лапша на складе разворошена! – кричит Сугавара, переодеваясь у своего шкафчика.

– Выходила, а как же! – кивает Идзуми-сан. – Днём всё ровно было. А ночной сменщик вдруг опять взял отгул. Попросила Дата его заменить, а он у нас ещё совсем желторотый…

– Опять загулял? Во даёт! А ведь знает, зараза, что у нас рук не хватает!.. Неудивительно, что в магазине такой бардак… Холодильник с напитками совсем пустой… И это в самый утренний пик! – ругается Сугавара, приближаясь к нам и застёгивая курточку на ходу.

– И не говори. Хуже некуда. Директор уже ворчит, что через неделю придётся в ночь самому выходить. А то сейчас у нас там один новичок, и всё.

– А скоро из дневной ещё Иваки уйдёт! Ну дела… Уходишь – так предупреди заранее. Какого чёрта всех подставлять-то?

Идзуми и Сугавара разговаривают на повышенных тонах, и я начинаю напрягаться. Хотя такое чувство, как гнев, лично мне почти не знакомо. Я просто думаю: «Люди уходят, и нам придётся туго».

Пытаясь изобразить Сугавару, я копирую её мимику примерно так же, как во время учёбы.

– Опять загулял? Во даёт! – повторяю я за ней слово в слово. – Знает ведь, зараза, что у нас рук не хватает! Поверить не могу!

– Ха-ха! – смеётся Идзуми-сан, снимая часы и кольца. – Ну вот, даже Фурукура не выдержала! Но ты права. Бардак такой, что верится с трудом…

С первых же дней работы в комбини я заметила, какой радостью светятся лица работников, когда они вместе на что-нибудь злятся. Наорал на них, скажем, директор или кто-то не вышел на смену – и всех очень радует странное чувство сплочённости в общем гневе.

Я смотрю на Сугавару с Идзуми-сан – и с облегчением перевожу дух. Значит, всё-таки получилось сыграть в «нормального человека». В который уж раз за годы работы в комбини мне это удалось?

Идзуми-сан смотрит на часы.

– Ну что? Построимся?

– Ха-ай!

Втроём мы выстраиваемся в линейку для утреннего приветствия. Идзуми-сан, раскрыв тетрадку, зачитывает повестку дня:

– Сегодня мы рекомендуем покупателям новые булочки с манго и шоколадом. Не забываем про громкие напоминания! Далее у нас по плану меры по улучшению уборки. Я понимаю, что днём мы и так все заняты. Но давайте постараемся держать пол, окна и двери в чистоте. Времени в обрез, поэтому лозунги сегодня опустим. Итак! Что мы говорим посетителям? Ирассяимасэ!

– Ирассяимасэ! – повторяем мы с Сугаварой.

– Всегда рады!

– Всегда рады!

– Спасибо за покупку!

– Спасибо за покупку!

Повторив за Идзуми-сан все стандартные приветствия, мы в последний раз проверяем свой внешний вид – и с очередным «добро пожаловать» на устах выходим в зал. Сначала Идзуми-сан, за ней Сугавара и потом уже я.

– Ирассяимасэ! Доброе утро!

Этот момент я очень люблю. Именно так в меня загружается ощущение особого времени под названием «утро».

Перелив курантов, возвещающий о приходе первого утреннего покупателя, звучит для меня как церковный колокол. Там, за этой дверью, меня ждёт коробка, полная света. Правильный мир, который не перестаёт вращаться ни на минуту. Незыблемый мир внутри заполненной светом коробки, в который я верю всем сердцем.

Выходных у меня два – пятница и воскресенье, и по пятницам я иногда навещаю свою подругу, которая вышла замуж и осталась в родном городке.

В школе я старалась ни с кем не общаться, и друзей у меня почти не было. Но однажды, уже став Человеком-комбини, съездила на встречу одноклассников и неожиданно для себя обзавелась подругой.

– Фурукура? С ума сойти, сколько лет! Тебя и не узнать… – обрадовалась Михo, завидев меня тогда. Мы тут же посмеялись над тем, что наши сумочки различаются только цветом, обменялись мейлами и решили как-нибудь устроить совместный шопинг. С тех пор иногда встречаемся и шатаемся вместе по ресторанчикам и магазинам.

После свадьбы Михо купила в родном городе старый дом, где часто собирает друзей. Иногда я ленюсь ехать к ней, ведь завтра опять на работу, но она – мой единственный связной с миром за пределами комбини, драгоценный шанс пообщаться с ровесницами, «обычными женщинами за тридцать», так что я стараюсь не отказываться от приглашений. Вот и сегодня мы собрались у Михо на пирожные с чаем: она, я, Юкaри с малышом и замужняя, но пока бездетная Сaцуки.

С Юкари мы не виделись уже давно – её мужа отправили в затяжную командировку, и они долго были в отъезде. Мы уплетаем пирожные, купленные в универмаге на станции, и посмеиваемся над Юкари, которая таращится на каждую из нас по очереди и повторяет: «Как же я соскучилась!»

– Как же хорошо дома… А ведь в прошлый раз, Кэйко, мы с тобой виделись, когда я только замуж вышла, помнишь?

– Ну ещё бы! Мы как раз собирались на свадебное барбекю… Вот же время летит-то, а? – отзываюсь я, микшируя манеры речи Идзуми-сан и Сугавары. Но, похоже, перебарщиваю с эмоциями.

– А ты изменилась, Кэйко… – замечает вдруг Юкари. – Раньше вроде бы говорила естественней. Или дело в новой причёске? Но ощущение от тебя совсем другое.