Дикин показывает на женщину, и только тут Гриффин сознает, кто это. Это Лорен. И Кара тоже это понимает.

Гриффин видит, как ее разрывают противоречивые чувства. Она зажмуривается, резко подается всем телом вперед, упершись руками в колени, чтобы удержаться на ногах. Судорожно сглатывает, делает глубокий вдох, а потом вновь открывает глаза. Но не поднимает взгляд. Отворачивается от обезображенного трупа своей няни и поворачивается к Дикину.

— Я в это не верю, — ухитряется выговорить она дрожащим голосом. — Последние три года мы каждый день были вместе. Ты — мой напарник, Ной. Мой лучший друг.

— Заткнись! — орет на нее Дикин. Уголки его рта опущены вниз; вид у него такой, будто он вот-вот расплачется. — Прошу тебя! Тебе надо уйти.

— Я не брошу Гриффина, — говорит Кара. — И не брошу тебя, Ной.

— Тебе придется, тебе придется, — повторяет Дикин, вновь и вновь. — Прошу тебя!

И тут вдруг громкий хлопок. Он гулко разносится по лесу, отчего у Гриффина звенит в ушах.

Он слышит истошный визг. Видит серый дымок в темноте, медленно завивающийся из черного отверстия ствола в руке Дикина.

Чувствует, как силы покидают тело. Видит нацеленные на него глаза Джесс, в которых мелькает испуг, когда он падает на колени. Ноги не держат. Он валится спиной в грязь.

И только сейчас замечает боль. Но она какая-то другая, не такая, как раньше, — не имеет никакого отношения ни к безжалостной пульсации в спине, ни к неукротимой ярости, когда он терпит поражение. Сейчас все происходит как в замедленной съемке. Он абсолютно спокоен. Смиренно безразличен.

Лежа лицом вверх на мокрой земле, Гриффин запрокидывает голову, глядя, как на фоне черного неба косо летят серебряные дождевые капли.

И думает: вот и всё.

Я умираю.

Глава 81

Кара слышит свой собственный крик, но кажется, будто он доносится откуда-то со стороны. Бежит к Гриффину и падает рядом с ним на колени.

— Кара…

Она поднимает взгляд, смотрит прямо в глаза Дикина. Теперь он плачет, но пистолет по-прежнему у него в руке, нацеленный на Гриффина.

— Уходи, быстро, иначе я прострелю ему голову!

— Зачем ты это делаешь? — умоляюще взывает Кара. — Прошу тебя, Ной! Очень прошу! Отдай мне пистолет!

Протягивает к нему руку, все ее тело разом ослабло. «Возьми себя в руки, — твердит она себе, — продержись хотя бы еще немного! Скоро появится подкрепление. Не смотри на Лорен. Не думай о том, что он сделал. Хотя бы еще чуть-чуть…»

— Не могу, — всхлипывает Дикин. — Это должно быть закончено. Но прошу тебя! Тебе нельзя здесь оставаться! Иначе и ты тоже… ты тоже будешь одной из них!

Он поднимает взгляд, и рука Кары взлетает ко рту. До нее доходит, что он только что сказал. Останешься — и он тебя убьет. Останешься, и он сделает с тобой то же самое, что сделал с Лорен. Но она все равно не может ему поверить. Он не может быть этим человеком! Только не Ной. Она любит его. Он — почти член семьи. Он не причинит ей никакого вреда. Это точно.

Кара смотрит на своего брата. Его глаза закрыты. Ей непонятно, жив он или уже умер, и она чувствует, как тошнота подкатывает к горлу.

Медленно поднимается из грязи. Ной поднимает пистолет и целится в нее. У нее кровь стынет в жилах.

— Уходи, — говорит он. В его голосе звучит отчаяние, он буквально умоляет ее.

— Нет.

— Это должно закончиться. Эти люди, эти серийные убийцы, — они были лучшими в своем деле. — Дикин примолкает, вытирая лицо тыльной стороной руки. — И я всех их превзошел. Я всю жизнь только и слышал, что я — полное ничтожество. Что никто меня не любит, что ничего я никогда не добьюсь.

— Я люблю тебя, Ной, — шепчет Кара.

— Не любишь ты меня! — кричит Дикин сквозь слезы. Каре видно, что он дрожит всем телом. — Ты любишь Ру, своих детей и Гриффина! Меня ты не любишь так, как их! Я должен это сделать. Должен! Сегодня все закончится.

Слова Ноя прерывает всхлип — дождь, слезы, сопли, пот струятся по его лицу.

— Уходи! Прошу тебя! — молит он.

— Ной…

Вдруг все это для нее уже слишком. Кара плачет, в глазах все плывет. Если вооруженная группа захвата появится до того, как она получит от него пистолет, то его застрелят. Он умрет.

Кара протягивает руку. Едва может видеть сквозь слезы.

— Пожалуйста, — всхлипывает она.

Дикин поднимает пистолет к ее голове, палец на спусковом крючке напрягается.

— Нет, Кара, нет… — шепчет он.

Теперь она совсем близко от него. Ствол пистолета упирается ей в лоб — если Ной выстрелит, не жить и всем остальным. Но Кара не смотрит на пистолет — медленно протягивает руки и берет его за плечи.

Смотрит ему прямо в глаза и видит его. Своего Ноя.

— Ты — мой лучший друг, Ной, я люблю тебя, — повторяет она.

Его лицо кривится, пистолет падает, и Кара понимает, что все кончено.

Слышит сирены вдалеке — машины группы захвата наконец-то почти на месте.