И теперь вот он где. В руке иголка капельницы, трубки тянутся от нее вверх к прозрачному пакету на стойке. Под носом кислородная трубка, рядом попискивают мониторы. Гриффин смутно припоминает, как Кара приходила проведать его. Ее ободряющие слова, что все с ним будет в порядке, что она обязательно поймает того, кто с ним это сделал.

И тут вдруг вспоминает про Джесс. Арестована. Наверняка уже допрошена этой жалкой пародией на детектива, Тейлор…

— Черт! — кричит он. А потом опять тяжело опускается на подушку. — Черт! — бормочет еще раз, на сей раз тише. Но, по крайней мере, она в безопасности, думает Гриффин. Она с Карой. Все с ней будет хорошо.

По крайней мере, ничего ей сейчас не грозит.

Глава 71

Джесс замерзла. Видео все еще проигрывается на экране, но она никак не может сосредоточиться. Не может думать.

Он знал. Откуда-то тот парень знал, кто она такая. Знал, чем они будут заниматься.

Напрягает голову, пытаясь вспомнить, как и что происходило тем утром. Она сама ему это предложила? Нет, он первый с ней заговорил, теперь она это припоминает. Отпустил какое-то замечание о погоде, что-то безобидное… но что он сделал потом? Улыбнулся? Случайно обронил какую-то непристойность? Почему они вместе отправились в тот туалет?

Джесс прикрывает глаза, пытаясь успокоить дыхание. Все-таки эту тему подняла она, но про туалет упомянул именно он. Это точно. Все это было заранее спланировано.

Это он.

Вот оно, его лицо на экране. Парня, с которым она трахалась. Человека, который поджег ее дом. Который убил Патрика. Который убил жену Гриффина. И всех этих людей.

У Джесс вдруг крутит живот; она наклоняется вперед, и содержимое ее желудка безудержно извергается в ведро. Потом секунду ждет, рыгая, хватая воздух ртом и содрогаясь всем телом.

Она понимает, что должна сделать. Нужно отнести все это в полицию.

Джесс встает, закрывает крышку лэптопа и вытаскивает флешку. Открывает дверь и спешит по коридору. Но тут ей попадается таксофон, висящий в углу. Она останавливает какого-то мужчину в коридоре. Тот с изумлением смотрит на нее, но выполняет ее просьбу — дает ей фунтовую монету, и она бросает ее в телефон. Набирает номер, который знает наизусть, и наконец ей отвечают.

— Начальная школа Святой Марии, — звучит певучий голос.

— Да, здравствуйте. Надеюсь, вы сможете мне помочь. Моя дочь пришла домой с чужой игрушкой, трансформером, и говорит, что это игрушка Хейдена, — запинаясь, произносит Джесс первое, что приходит ей в голову. — Его отца зовут И́ван… или Итан. Или еще как-то так… Не скажете мне его фамилию, чтобы я могла связаться с ним через «Фейсбук»? Я волнуюсь, поскольку игрушка дорогая и Хейден мог расстроиться.

— Гм… — Голос на другом конце линии звучит нерешительно. — В каком классе, говорите?

— В классе «Дубки», по-моему.

Джесс слышно, как ее собеседница стучит по клавиатуре.

— Боюсь, что ничем не могу вам помочь.

Джесс сглатывает.

— Я все понимаю — защита личных данных и все такое, простите… Но если вы просто назовете мне фамилию, тогда я сама попробую его найти.

— Не в этом дело, — говорит женщина. — Ну, в смысле, да. Мне нельзя давать вам такого рода информацию. Но если б я даже и хотела, то все равно не смогла бы.

— В каком это смысле? — запинается Джесс.

— В классе «Дубки» нет никого по имени Хейден. Да и вообще в этой возрастной группе, по правде говоря.

Джесс бормочет слова благодарности и вешает трубку.

Теперь она знает точно. Все это было подстроено.

Как она могла быть такой дурой? Он изначально нацелился на нее, как и в случае со всеми остальными жертвами. И вот теперь Гриффин в больнице, а Нав арестован.

Но тут в голове у Джесс проскакивает одна мысль, и она бросается бегом. Он знает, кто ее дочь! Знает, в какую школу она ходит!

Она со всех ног мчится по коридору, крепко сжимая в руке сумку с лэптопом. От волнения начинает жечь под ложечкой. Нельзя допустить, чтобы этот гад добрался до Элис!

На бегу буквально проламывается через двери главного входа, которые с треском шмякаются о стены. Знает, что привлекает удивленные взгляды, но ей сейчас на это плевать — нужно срочно попасть к дочери. Она лихорадочно озирается по сторонам. Но обычной очереди из такси нигде не видать. Все как вымерло. Джесс бежит дальше от больницы, ухватив на бегу взглядом указатель, направляющий ее к выезду.

На дороге темно и тихо. Вокруг ни души, на виду ничего, кроме какой-то старой машины, припаркованной на двойной желтой линии, где остановка запрещена.

Она замедляет бег, отчаянно шаря взглядом в темноте, и тут чья-то рука вдруг хлопает ее по плечу.

— Простите… — произносит мужской голос.

Джесс бросает на его обладателя мимолетный взгляд. На голове у того бейсболка, рука на перевязи. Воротник пальто поднят, закрывая половину лица.

— Не поможете мне донести вот это до машины?

Мужчина показывает на стопку книг у себя под ногами, потом на свой автомобиль. Это коричневый «Фольксваген»-«жук», и ее мозг отмечает некую странность во всей этой ситуации.

Но Джесс слишком уж в панике.

— Простите, я спешу, — бросает она, но он опять тянет ее за руку.