— В жопу обеды! — кричит Кара. — Я не прошу тебя, я требую — тебе нужно взять свою машину и поехать с Ноем! Забери детей из школы и езжай на дачу. Там вы будете в безопасности.

— А это надолго? — спрашивает он, пораженный.

— Пока все не закончится.

— Пока… — Его голос сходит на нет. — Это же абсурд, — бормочет он, но Кара знает: муж сделает все, как она просит. — Ладно, сейчас позвоню Лорен, попрошу ее собрать детские вещи.

Кара мотает головой.

— Нет. Только не Лорен, — тихо добавляет она.

Ру недоуменно таращится на нее.

— Я все знаю, Ру, — говорит Кара. Она в курсе, что голос у нее дрожит; ей нельзя сейчас развалиться на части. — Я знаю, чем вы занимались. С ней.

Он замирает. Кара замечает, что щеки его слегка покраснели.

— Я не… — начинает было Ру, но она может судить по его тону, что ничуть не ошиблась. — Но не можем же ее здесь бросить! — ухитряется выговорить он. — Если мы в опасности, то и она тоже.

— Она с тобой не поедет.

Кара отворачивается.

— Но, Кара… — опять начинает Ру.

— Не долби мне мозг! — Кару уже трясет, настолько она взбешена. — Мой брат в больнице, на свободе какой-то чокнутый убийца, а ты хочешь завалиться со своей милашкой на дачу — после того, как крутил с ней шашни хрен уже знает сколько времени?

Она кричит, понимая, что привлекает взгляды остальных поваров на кухне, но ей на это совершенно плевать.

— Ру, собирай свое барахло и отправляйся с Ноем. Живо!

Кара выходит из кухни через заднюю дверь и встает возле машины мужа. Теперь она уже плачет, глотая слезы вперемешку с соплями и сердито смахивая их рукавом.

Рядом с ней возникает Дикин. Она бросает на него взгляд, и он сует ей бумажный платочек.

— Прости, Ной, но чего-то такого ты явно не заслужил.

— Все нормально. Честно. Я отвезу их на дачу и как можно скорее вернусь. И вот еще что, Кара…

Ною явно неловко, он засунул руки в карманы.

— Да?

Он собирается еще что-то сказать, но тут замечает подходящего к ним Ру.

— Ладно, неважно, — бормочет Дикин.

Оба забираются в машину, и ее муж опускает стекло.

— Позвони мне, когда заберешь детей, — говорит она, и Ру кивает.

Как только автомобиль сворачивает за угол и скрывается из виду, Кара вдруг неожиданно чувствует себя лучше. Ее семья будет в безопасности — вот и все, что сейчас важно. С этим дерьмом между Ру и Лорен можно разобраться потом.

Из кухни пулей вылетает официант, сжимая в руке мобильник.

— Шеф! — кричит он на пустую дорогу. Но уже поздно. — Он забыл свой телефон!

— Давайте мне, — отзывается Кара, и он передает ей мобильник. Можно будет потом ему отдать. На даче все равно нет приема.

Но, уже забравшись в свою собственную машину и бросив телефон мужа на сиденье, она вспоминает про Дикина и гадает, что он собирался ей сказать. Качает головой. Вряд ли что-то такое уж важное.

Это может подождать, повторяет она себе, придется с этим подождать.

Ей нужно в больницу, проведать брата, убедиться, что с ним все в порядке.

А потом у нее есть серийный убийца, которого нужно поймать.

Глава 65

По дороге в полицейской машине Тейлор хранит молчание. Они приезжают в отдел, и Джесс препровождают в изолятор. Снимают с нее наручники. Джесс кивает в нужных местах, подписывает какие-то бумаги, когда велят. В ответ на вопрос, не хочет ли она адвоката, мотает головой.

Ее отправляют в камеру. Она садится на матрас, обтянутый синим пластиком. Дверь с металлическим грохотом захлопывается.

Из соседней камеры доносятся приглушенные крики. Джесс сознает, что по коридору за дверью ходят какие-то люди, но сама не двигается.

Теперь, когда она здесь, когда ее арестовали за убийство мужа, она чувствует лишь онемение. А вовсе не страх, как ожидала. Ее словно резко столкнули в море неизбежного, приняв за нее все решения. Она думает про Гриффина, которого сейчас везут на «Скорой» в больницу. Думает про Элис.

Ложится спиной на промятый пластиковый матрас. Подкладывает под голову сложенное одеяло, надеясь, что хотя бы теперь сможет увидеть дочь.

* * *

Джесс будит звук открывающейся двери. Какой-то мужчина обращается к ней по имени и подзывает к себе.

— Пора, — говорит он и ведет ее по коридору в допросную. Там ее уже поджидает та детективша, указывает на стул напротив. Джесс садится.

Та представляется, еще раз зачитывает все то же стандартное предупреждение. Детектив-сержант Тейлор — Джесс и так это помнит.

— Итак, от права на бесплатную юридическую консультацию вы решили отказаться? — спрашивает Тейлор.

— Да, — отзывается Джесс. Она понимает, что неразумно отказываться от адвоката, но ее стремление к саморазрушению вновь берет верх. «Предъяви мне обвинение в убийстве! — думает она, — Просто сделай что-нибудь, чтобы наказать меня за то, что случилось с людьми, которых я люблю!» В итоге кто ранен, кто мертв. Сначала Патрик и Элис, теперь вот Гриффин…

— Могу я увидеть дочь? — спрашивает она.

— Всему свое время. — Тейлор заглядывает в свои записи. — Вы расскажете все, что мне нужно знать, и, может, мы пойдем вам навстречу. А теперь прошу рассказать мне о событиях вечера в понедельник двадцать пятого января, когда в вашем доме начался пожар.