Читаем Чеченский этап полностью

Она даже не успела попрощаться с комендантом, только махнула и ему, и всему пересыльному пункту рукой, когда машина тронулась. Три с лишним часа продиралась полуторка таежными дорогами до небольшого поселка на реке Тее.

– Вот сюда вас приказано доставить, – сказал сопровождающий, когда машина наконец остановилась около дома в самом начале поселка.

В окнах горел свет. Татьяна подала вышедшему ей помочь водителю детей, спрыгнула с кузова на деревянный тротуар, к которому боком, вплотную, прижался грузовик. Пока из кабины вышел милиционер, из дома, ей навстречу к калитке, у которой она в нерешительности остановилась, уже почти бежал тот самый, уже знакомый ей грузин.

– Прошу, Татьяна Сидоровна, проходите, давайте ребят, я помогу. – Он махнул рукой сопровождавшему, и тот вернулся в машину.

Татьяна, почему-то спокойно, отдала на руки этому человеку дочку и, взяв за руку сынишку, шагнула в калитку. Поднимаясь по тропинке к крыльцу дома, Татьяна заметила, что прямо в огород как бы заходит небольшой участок тайги. Несколько сосен, лиственниц и большая раскидистая береза, стоящие прямо в огороде, соединяли его с тайгой, поднимавшейся необозримо далеко вверх. Выше по косогору сопки больше никаких домов не было. Внизу, за дорогой, из двора был виден ручей. И только влево, вдоль дороги, продолжалась улица.

– Проходите, меня зовут Григорий Ильич, мы виделись там, на Енисее. Помните?

Татьяна, улыбнувшись, кивнула.

– Это теперь ваш дом, Татьяна Сидоровна, – сообщил он, пропустив Татьяну в раскрытую перед ней входную дверь.

– Мой дом? Почему?

– Потому что вы хороший работник и отличный специалист. Вот руководство района и решило выделить этот дом для вашей семьи. А вам придется взять на себя работу поселковой пекарни. Вы же не против?

– Пекарня? Конечно, возьмусь, – ответила не раздумывая Татьяна, она хорошо знала свою работу и обрадовалась, что ей придется заниматься именно этим. Как бы там ни было, а ее дети всегда будут иметь кусок настоящего свежего хлеба. Войдя в переднюю комнату, она огляделась. Русская печь была натоплена и сияла белыми, недавно побеленными боками. Стол застелен свежей льняной скатертью, возле него стояли четыре табурета. На столе – самовар, чашки, сахар и печенье.

– Проходите, раздевайтесь, попьем чаю, я вам все покажу, и до завтра отдыхайте, Татьяна Сидоровна, – сказал Григорий Ильич.

Татьяна прошлась по дому: две спальни и небольшая кухня. В спальнях кровати, аккуратно застеленные чистым новым бельем. Татьяна смотрела на все это, после нескольких месяцев жизни на нарах в землянке, как на чудо. Вернее сказать, она вдруг вспомнила свой дом, почти такой же, из которого ее вышвырнули. Теперь этот человек привел ее в новый дом. Она села на табурет, Валя и Коля с вниманием рассматривали дом, в котором оказались.

– Мама, мы теперь здесь будем жить? – спросил Коля.

– Да, – ответила Татьяна.

– Ура! Здесь так хорошо! Чур, я здесь буду сидеть. – Он подбежал к столу и забрался на табурет во главе стола.

– Нет, сынок, ты будешь сидеть за столом вот здесь, а это место для гостя. – Она посмотрела на Григория Ильича. Тот внезапно покраснел и, совладав с собой, улыбнулся, прошел к столу и сел на место, определенное ему хозяйкой. Это было место главы семьи, и он это понял.

– Хорошо, мам, – согласился Коля и сел по правую руку от матери.

– А я здесь, да, мамочка? – забираясь на табурет, спросила Валя.

Григорий Ильич подхватил и усадил девочку. Татьяна встала и начала разливать по чашкам чай, настоящий, ароматный, как до войны, грузинский чай. Целый час, а может быть и дольше, они сидели за столом и неторопливо пили горячий чай с печеньем. Татьяна, не стесняясь, рассматривала сидевшего напротив мужчину. А он забавлял ребятишек смешными рассказами, отчего те заливисто смеялись и не отходили от него. В конце концов Валюшка забралась к нему на колени, положив голову на плечо, и незаметно уснула. Григорий Ильич осторожно унес и уложил девочку в постель, которую быстро приготовила Татьяна. Следом угомонился и Коля. Григорий Ильич встал и, поблагодарив хозяйку за угощение, подошел к вешалке, где висел его кожаный плащ.

– Благодарю еще раз за компанию, давно мне так хорошо не было, – проговорил он на прощание и вышел, плотно прикрыв за собой дверь.

Татьяна вышла его проводить и уже на крыльце сказала:

– А вы приходите к нам, детям вы очень понравились, весело с вами…

– Хорошо, я утром за вами заеду, поедем на пекарню, покажу вам все, людям представлю. Заодно насчет продуктов что-нибудь решим.

– Тогда до встречи, Григорий Ильич.

– До встречи, Татьяна Сидоровна. – Григорий Ильич сделал несколько шагов, оглянулся: – Дверь входную на засов закройте, никому до моего прихода не открывайте. Хорошо?

– Хорошо, – ответила, улыбнувшись, Татьяна. Она вернулась в дом, закрыла на засов дверь и, не раздеваясь, легла на кровать поверх покрывала.