Читаем Часы смерти [Литрес] полностью

Выражение ее лица изменилось столь же разительно, сколь и быстро. Только что она стояла перед ним со вздернутым подбородком, вся кипя от возмущения, и в следующее мгновение на красивом лице появился совершенно новый рисунок морщин, словно мастер моментального портрета, выступая перед публикой, прошелся по нему своим углем. Меж припухлостей и ямочек ее сразу потемневшего лица блеснули безукоризненные зубы. Они увидели широкую улыбку с рекламного плаката дантиста, кокетливо-сердитый взгляд фиалковых глаз, иной, с намеком, разворот пухлых плеч для придания облику тонкого шарма. Даже голос приобрел другую окраску. И именно сейчас, когда она щедрой рукой выплескивала на окружающих свое очарование, миссис Стеффинз вдруг стала выглядеть по-настоящему зловеще.

– Боже, ну конечно! У меня просто вылетело из головы, – встрепенулась она, заискивающе глядя на главного инспектора и тщательно выговаривая слова, будто пародировала директора Би-би-си. – Однако, мой дорогой мистер… мой дорогой инспектор, кому же и быть в комнате нашего дорогого мистера Полла, как не самому дорогому мистеру Поллу?

– О? – Элеонора с подозрением посмотрела на нее. – Я не знала, что он дома. И он всегда так чутко спит. Он бы непременно…

– Разумеется, моя дорогая. Ты ведь о них о всех все знаешь, не правда ли? – поинтересовалась миссис Стеффинз, чуть-чуть повернув голову и скользнув по ней взглядом. – Но я считала, что его совсем необязательно будить. Я полагала, что совершенно ни к чему было рассказывать об этом Йоганнусу, или Элеоноре, или даже его другу, мисс Хандрет. По-моему, это действительно очень славно, когда молодой человек вхож в приличные клубы, не правда ли? Потому что там он общается с действительно приличными людьми, понимаете? А не ходит по этим мерзким, безобразным пабам или другим клубам, где, говорят, падшие женщины танцуют самым отвратительным образом, – быстрый вдох, – хотя, конечно, раз люди приходят в клуб и разговаривают с благородной публикой – вы, возможно, знаете поместье сэра Эдвина «Роксмур» в Девоне, три с четвертью часа езды на скором поезде, – они вполне могут просидеть чуть дольше за бокалом прохладительного, и я знаю совершенно точно…

Доктор Фелл хлопнул себя по лбу.

– Вот оно! – прогрохотал он в порыве вдохновения. – Наконец-то я начинаю понимать, что к чему! Вы хотите сказать, что он напился до бесчувствия!

Миссис Стеффинз заявила, что это вульгарно, и тут же опровергла его слова. Под нажимом со стороны главного инспектора она признала, что Кристофер Полл, нагруженный по самую мачту, прибыл примерно в половине восьмого вечера и по каким-то таинственным причинам проник в дом через черный ход и что она нашла его сидящим на лестнице в расстроенных чувствах. Она помогла ему подняться к себе в комнату – на лестнице и в холле им никто не встретился, – и, насколько ей известно, там он и находится в данный момент. Она набросилась было на Элеонору за то, что та заставила ее рассказывать об этом сейчас, прямо при всех, потом надулась и замолчала. Хэдли подошел к двери и отдал распоряжения сержанту Беттсу. Когда он вернулся, что-то в выражении его глаз погасило даже очарование миссис Стеффинз. Ее многословие иссякло, и она, похоже, приготовилась искать спасение в истерике, если события примут нежелательный оборот.

– Я должен задать каждой из вас несколько важных вопросов, – сказал Хэдли, по очереди глядя на трех женщин. Лючия была спокойна, Элеонора смотрела с вызовом, а у миссис Стеффинз слегка заложило нос. – Присаживайтесь, пожалуйста. – Он подождал, пока Мельсон пододвинул им стулья, затем уселся сам и сложил руки на груди. – Время позднее, и я постараюсь не задерживать вас сегодня слишком долго. Но я бы хотел, чтобы вы были абсолютно уверены во всем, что мне скажете. Мисс Карвер.

Возникла пауза, пока он шелестел листами блокнота, просматривая свои записи. Элеонора выпрямилась в кресле.

– Мисс Карвер, касательно той двери, что ведет на крышу. Сегодня ночью она была заперта, и вы говорите, что ее обычно не отпирают. Теперь у нас есть основания полагать, что убийца сам побывал на крыше через несколько минут или сразу после того, как нанес роковой удар… У кого есть ключ от этой двери?

Кто-то из женщин шумно глотнул воздух, но они сидели спиной к Мельсону, и он не мог сказать, кто именно. Он осторожно обошел их с краю и расположился так, чтобы видеть их всех.

– Он был у меня, – ответила Элеонора. – Теперь, когда вы и так все знаете, я могу вам сказать: кто-то украл его у меня.

– Завтра же там будет висеть замок. Амбарный замок. И еще обязательно заколотить… – взорвалась миссис Стеффинз, дрожа от возмущения, но взгляд Хэдли заставил ее замолчать.

– Когда он был украден, мисс Карвер?

Перейти на страницу:

Все книги серии Доктор Гидеон Фелл

Слепой цирюльник [litres]
Слепой цирюльник [litres]

Золотой век детектива подарил нам множество звездных имен. Произведения таких писателей, как Агата Кристи, Гилберт Честертон, Эрл Стэнли Гарднер, Рекс Стаут, развивали и совершенствовали детективный жанр, их романы, безоговорочно признанные классикой, по сей день любимы читателями и являются эталоном качества для последующих поколений авторов детективных историй. Почетное место в этой плеяде по праву принадлежит Джону Диксону Карру (1906–1977) – виртуозному мастеру идеально построенных «невозможных преступлений в запертой комнате». Роман «Слепой цирюльник» продолжает серию книг о сыщике-любителе докторе Гидеоне Фелле. Внешность героя, предположительно, была списана с другого корифея детективного жанра – Гилберта Честертона, а его заслуги в истории детективного жанра, по мнению большинства почитателей творчества Карра, поистине вызывают уважение. Так, писатель Кингсли Эмис в своем эссе «Мои любимые сыщики» назвал доктора Фелла «одним из трех великих преемников Шерлока Холмса».

Джон Диксон Карр

Классический детектив
Изогнутая петля
Изогнутая петля

Золотой век детектива подарил нам множество звездных имен. Произведения таких писателей, как Агата Кристи, Гилберт Честертон, Эрл Стэнли Гарднер, Рекс Стаут, развивали и совершенствовали детективный жанр, их романы, безоговорочно признанные классикой, по сей день любимы читателями и являются эталоном качества для последующих поколений авторов детективных историй. Почетное место в этой плеяде по праву принадлежит Джону Диксону Карру (1906–1977) – виртуозному мастеру идеально построенных «невозможных преступлений в запертой комнате».Роман «Изогнутая петля» продолжает серию книг о сыщике-любителе докторе Гидеоне Фелле. Внешность героя, предположительно, была списана с другого корифея детективного жанра – Гилберта Честертона, а его заслуги в истории детективного жанра, по мнению большинства почитателей творчества Карра, поистине вызывают уважение. Так, писатель Кингсли Эмис в своем эссе «Мои любимые сыщики» назвал доктора Фелла «одним из трех великих преемников Шерлока Холмса».

Джон Диксон Карр

Детективы / Классический детектив / Классическая проза ХX века
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже