Тот сделал шаг назад, будто отступая, но ногу поставил уж как-то больно обдуманно. Постоял немного и вдруг, расставив в стороны руки, ринулся вперед, словно хотел задушить Ричера в медвежьих объятиях. Движение вполне разумное, только надо было его хорошенько замаскировать. Ребрами ладоней Ричер нанес противнику рубящий удар с двух сторон шеи, потом схватил за грудки, развернул и шмякнул о стенку. Глаза того остекленели, и дух из него вышел вон. Ричер добавил еще в солнечное сплетение, но не сильно. Ему не нужно было вырубать его полностью, только усмирить. Во всяком случае, пока он не назовет имя. Тот сложился пополам, коленки его подкосились, и он смирно уселся на землю у ног Ричера. Но добиться от него слова Ричер не успел: послышался вой сирены. И через несколько секунд на улице замигали красные и синие огоньки.

— Не двигаться! Держать руки так, чтобы я их видел!

Голос был искажен мегафоном, но Ричер все равно узнал его.

— Ага, на этот раз ты у меня ляжешь мордой в тротуар!

Глава 6

В ту самую минуту, когда Ричера вели в здание суда, Сперанский спускался в генераторную. Отчасти для того, чтобы проконтролировать, как там идут дела. И еще потому, что был возбужден и с нетерпением ждал горячей ночной работы. Может быть, даже не одну ночь, если бродяга окажется таким же живучим, как и журналистка. Пока он пребывал под землей, до него пытались дозвониться двое. Те же самые, что и раньше. Один на одноразовую трубку. Другой на трубку с защищенной линией. Только на этот раз, когда он поднялся из подвала, первым зазвонил защищенный мобильник.

— Ну что, дело сделано? — спросил Сперанский.

— Никак нет, — ответила трубка. — Группе пришлось свернуть операцию.

Сперанский подавил желание швырнуть мобильник в стену.

— Почему? В чем облажались на этот раз?

— Ни в чем не облажались. Решение было принято верное. Бродяга вышел из ресторана первым, Резерфорд задержался. Сделал вид, что собирается остаться, и группа заняла позицию и стала ждать, чтобы или взять Резерфорда, или убрать бродягу. Потом все пошло непредсказуемо. Бродяга затеял драку. Ни с того ни с сего, прямо на тротуаре. Никто этого не мог предвидеть.

— Ну хорошо. И с кем он подрался?

— С тремя. Два здоровенных шкафа и один тощий. Скорей всего, местные. Раньше никто их не видел.

— И как он, пострадал сильно? В больницу отправили?

— Нет. Нисколечко. Расправился со всеми тремя. Легко. Раскидал, не сходя с места. Но как только драка закончилась, явилась полиция. И его арестовали.

— А Резерфорд? Он не пострадал?

— Нет. Он не участвовал. Бог миловал. Он сидел в ресторане до последнего, а потом, наверно, незаметно удрал через черный ход в переулок. Видели, как он переходил улицу и вбегал в свой подъезд.

— Видели? А почему ничего не предприняли?

— Там все еще оставалась полиция. Ребятам пришлось дать ему уйти. Другого выхода не было.

— Ну и где сейчас Резерфорд?

— Дома, наверно. Вряд ли он теперь скоро выйдет.

Сперанский секунду подумал.

— Значит, в этом участвовали только бродяга и полицейские? Наши люди не вмешивались?

— Нет.

— Их там никто не видел? Никакого цирка? Ничего такого, чтобы в Центре снова устроили истерику?

— Ничего такого.

— Хорошо. Где сейчас группа?

— Наблюдает за домом Резерфорда.

— Прекрасно. А знаете, это может сработать нам на пользу. По отдельности разделаться с ними будет легче. Мы точно знаем, где они находятся, бродяга никуда не денется как минимум до утра. Ладно. Вот что я предлагаю. Наблюдать за домом Резерфорда оставьте двоих. Остальным отдыхать. Если к шести утра Резерфорд не появится, отправить их в одно местечко. Куда — сообщу в свое время. Там пусть затаятся и ждут. И потом доставить туда к ним бродягу. Я все подготовлю сам. Любыми средствами они должны укротить его и привезти сюда. А потом вся группа может заняться Резерфордом. Бродяга им уже не помешает, и у них больше не будет никаких проблем.

Следующий звонок поступил на одноразовый. Разговор был короткий. С человеком, который находился неподалеку. Доклад. Сначала факты. Потом соображения. Кратко и сжато. Именно так, как любит Сперанский. Только на этот раз Сперанский дополнил полученную информацию рядом указаний. А это означало, что, когда через несколько минут одноразовый снова зазвонил, Сперанский уже знал, что ему скажет голос в трубке.

— Это Марти. У меня есть для вас интересная информация.