Читаем Час совы полностью

– Милый он у нас, – залюбовалась другом Люська. – Только бы ему нормальная девчонка досталась. А то таким милым всегда горгоны попадаются.

– Какие горгоны? – удивилась Лизавета.

– Ну, помнишь, из мультика про волшебное кольцо: «Ванька то наш, каку горгону за себя взял»!

Лиза весело засмеялась, разбивая плотную тишину ресторана.

– Да почему ты говоришь «досталась»? Он же не в очереди за своей девушкой стоит. Кого захочет, того и выберет. Вон он, какой красавчик и умница.

Подруги с удовольствием рассматривали Николая: высокий, плечистый, с копной темно-каштановых волос, слегка прищуренный немного ироничный взгляд; умница, с хорошими манерами и чувством юмора. Не парень – подарок! Сутулый только, но это от того, что он много общается со своими невысокими подругами.

Кстати их, и своих часто меняющихся зазноб, он постоянно называл Манюнями. «Чтобы не путаться!» – отшучивался он. Людмила с Лизаветой возмущались такой уравниловкой, они – то считали себя настоящими друзьями, достойными более уважительного отношения.

– О чем шепчитесь, обо мне? – Николай поставил перед девушками два пузатых стакана с цветными соломинками.

– Чур мне зеленая, – протянула руку Люся.

– А мне, конечно, синяя – мой любимый цвет. А что это мы будем пить?

– Мой фирменный, вам должно понравиться.

– М-м-м, вкусно как? Только, кажется, крепко очень. – Люся с сомнением посмотрела на янтарную жидкость.

– Пей, Манюша, донесу, если что.

– Все, – поднялась Лиза, – поехали. Ресторан закрывается по техническим причинам, – крикнула она, – просьба освободить помещение.

Два посетителя вскинули головы, задвигали стульями, но уходить не торопились.

– Коль, проводи их. Мы едем ко мне.

Николай подошел к мужикам и стал что – то тихо им нашептывать. Парни тут – же поднялись и пошли к выходу.

А с Людмилой творилось что – то странное. Голова ее кружилась, ноги перестали слушать мозг, они сделались ватными. Встать со стула удалось с большим трудом.

– Кажется, я пьяная, – проворчала Люся. – Мне больше не наливать.

– Сейчас на воздух выйдем, легче станет. Все – таки, ты, Николя, должен к девушкам осторожнее подходить со своими коктейлями. Видишь, одна уже готова. Так к нам девчонки ходить перестанут.

– Да это я просто со своими пропажами пару ночей плохо спала, – оправдывала друга Людмила.

Николай погрузил подруг в свою машину и медленно покатил по заснеженному белому городу. Белым было все вокруг: дома, машины, светофоры, деревья, малочисленные торопливые прохожие. На улицах было пусто. Только редкие автомобили осторожно двигались по пустынным дорогам.

– Красота, какая! – восхитилась Люська. – Пусть бы сейчас снова был Новый год, и я бы загадала желание, – заскулила она.

– Кто тебе не дает, загадывай сейчас. – Обняла подругу Лиза.

– Сейчас я уже этого не хочу. Сейчас я знаю, что он предатель.

Николай подъехал к Люськиному подъезду, но Лизавета не позволила ей выйти из машины.

– Мы едем ко мне, это не обсуждается. Ее сейчас нельзя оставлять в одиночестве. А завтра утром пойдет в свой бассейн. От меня даже ближе будет.

Николай, вздохнув, развернул машину в другую сторону.

Люська в обсуждении участия не принимала. Глаза ее закрывались, голова падала на грудь не в силах держать вертикальное положение, как ни пыталась Людмила бороться со сном, но сон уверенно одерживал победу.

В квартиру Лизы Николай внес Люську на руках.

– И что с ней такое? Видно, и, правда, переживания отняли у нее все силы.

* * *

Ночью Люська проснулась. Пару минут она с удивлением разглядывала большую хрустальную люстру, картину на белой стене. Наконец, воспоминания прошедшего вечера все расставили по местам. Она в порядке. У Лизы. Жива. Только голова была наполнена чугуном, рот песком, а тело ломило, словно она целый день копала грядки на даче.

«Господи, надо будет спросить Николая, что он намешал в свой коктейль. Никогда со мной такого не было», – Люся схватилась за голову. Она попробовала встать с дивана, куда ее положила подруга, но организм сопротивлялся, ему хотелось находиться в горизонтальном положении, и чтобы глаза были закрыты и никакого шума вокруг.

«Надо идти, там Чем один, я с ним не гуляла вечером. Да и мне свежий воздух не повредит»!

Воспоминание о собаке придало немного сил и Люда, наконец, встала. Нетвердой походкой она пошла в прихожую, с трудом натянула свою всесезонную куртку (благо, что ее положили спать в одежде), посмотрела в зеркало. Отражение ей не понравилось: волосы дыбом, лицо с темными кругами от осыпавшейся туши. Накануне Людмила подкрасила глаза, ей почему – то захотелось предстать перед Майоровым красавицей, она даже надела любимую кофточку, которая была куплена специально для Нового года. Кофта была с металлическим блеском и модными кожаными вставками. Она делала Люську стройнее, моложе и очень ей шла.

Нацарапав нетвердой рукой послание Лизе, Люда вышла, осторожно прикрыв за собой дверь.

Вьюга стихла, но снег все еще шел. Теперь он падал на землю большими пушистыми хлопьями, продолжая укутывать город мягким белым пледом и возводя вдоль дорог прямоугольные сугробы.