Читаем Час расплаты полностью

Дариус в самом деле дрожал от ярости, и у меня возникло ощущение, что ему было очень трудно сдерживать Дракона под своей кожей.

Его пристальный взгляд был прикован ко мне, и я сопоставила чистую ненависть, которую нашла в нем, с еще большей своей собственной. Почему я вообще начала думать, что в нем может быть что-то большее, чем это? После всего, что он сделал со мной, я должна была знать, что он никогда не сможет быть другим.

Дариус попытался обойти Ориона, но тот отказался двигаться, используя свою Вампирскую силу, чтобы удержать его.

Дариус зарычал, и я вздрогнула, придвигаясь ближе к Дарси, когда мы взялись за руки и позволили нашей магии течь между нами, готовясь к тому, что он может сделать дальше.

Орион снова зарычал прямо на него, и они оба уставились друг на друга на вечное мгновение.

— Подумай об этом, Дариус, — предупредил Орион. — Теперь кинжал у нас, она не может никому об этом рассказать, потому что ей придется признаться в том, что она сделала с твоей комнатой. Это сработало в нашу пользу.

— В нашу пользу? Она сожгла мою гребаную комнату дотла и обокрала меня! — взревел Дариус. — Я не могу просто оставить это!

— В свете того, что ты с ней сделал, тебе, вероятно, следовало ожидать какой-то расплаты, — огрызнулся Орион. — Я удивлен, что все Наследники еще не получили своего возмездия!

Я обменялась взглядом с Дарси, и мое сердце забилось немного быстрее.

Орион огляделся, как будто услышал это, и Дариус обвиняюще указал на нас пальцем.

— Я не позволю этому сойти ей с рук. Я фейри! Я Наследник Целестиалов! Я не могу просто…

— Ты можешь и сделаешь это! Если ты хочешь, чтобы Тори скрыла свои знания об этом кинжале, тебе придется отпустить этот гнев. Пусть все продолжают верить, что это сделал Милтон. Мы вернули кинжал и…

— Милтон, — внезапно прервал его Дариус. — Ты его подставила?

— Он распространял мои обнаженные фотографии по всей школе, — прошипела я. — И я хотела увидеть, как ты потеряешь веру в свою маленькую группу последователей.

Дариус снова попытался броситься на меня, и Орион зарычал, пытаясь удержать его.

— Ты заставила меня отказаться от моего друга! — крикнул он. — Как, черт возьми, я должен объяснить…

— Ты не должен! — огрызнулся Орион. — Ты не можешь признать, что Милтон не делал этого, не разоблачив ее. И если сделаешь это, то у нее не будет причин молчать о кинжале!

— Вы все еще не сказали нам, что это за кинжал. Он чуть не убил Тори, — прошипела Дарси. — Нам нужны некоторые ответы.

— Все, что тебе нужно знать, это то, что этот кинжал и то, что мы делали, — не те вещи, с которыми ты обычно имеешь дело, — мрачно предупредил Орион.

— Значит, вы просто ожидаете, что мы будем молчать о ваших темных маленьких секретах, не предоставляя нам никакой реальной информации? — спросила я, нахмурившись.

— Точно так же, как мы будем молчать о тебе, да. — Тон Ориона не оставлял места для переговоров, и я обменялась взглядом со своей сестрой.

— Нам нужны ответы получше этого, — потребовала Дарси.

— Ну, вы их не получите, Голубок. Просто держите свои рты на замке, и мы тоже. Это лучшее, что вы можете получить. — Орион оглянулся на Дариуса, который одарил меня взглядом, полным яда, прежде чем снять футболку и бросить ее Ориону. Его штаны и остальная одежда последовали за ней, и он отвернулся от нас, издав рев, когда принял форму Дракона.

Мы стояли на месте, пока гигантская золотая рептилия удалялась от нас по песку, но, к счастью, он не оглянулся. Он низко пригнулся, расправляя крылья в предвкушении полета, и Орион посмотрел на нас в последний раз, прежде чем броситься вслед за Дариусом и прыгнуть ему на спину со своей вампирской скоростью.

Дариус мгновенно взлетел, и мы наблюдали, как они пролетели над морем, огромная огненная дуга вырвалась изо рта Дариуса, когда он издал оглушительный рев в небесах.

Я медленно отпустила руку Дарси, прикусив губу, когда часть ужаса покинула мои конечности.

— Какого хрена? — Я вздохнула.

— Мои мысли точь-в-точь, — повторила Дарси, и мы обменялись взглядами, полными ужаса от того, что только что произошло, прежде чем повернуться и начать нашу прогулку обратно с пляжа, прочь от Воздушной Бухты.

Я не поняла и половины из того, что только что произошло, но одна вещь была мне совершенно и точно ясна, и я собиралась убедиться, что никогда больше этого не забуду. Дариус Акрукс не был моим другом. Он был жестоким, подлым и безжалостным, и не моргнул бы глазом, чтобы причинить мне боль сто тысячью разными способами. Мне никогда не следовало пытаться видеть в нем кого-то другого, кроме того, кем он был. И я бы никогда больше не повторила эту ошибку.

Дариус

Я мчался по небу, летел сильно и быстро с Лэнсом на спине. Я ревел пламенем вокруг нас добрых полчаса, прежде чем моя ярость наконец начала утихать настолько, чтобы подумать о посадке. Мы улетели далеко за пределы школы и вышли в море, но я не стал возвращаться, обшаривая темные волны под нами, пока не нашел то, что искал.