Читаем Час расплаты полностью

Мендес вернулся на Виа-Верде, купил себе кофе, нашел платный телефон, позвонил в полицейское управление Санта-Барбары и попросил позвать к телефону детектива Таннера.

— Следственный отдел. Детектив Таннер у телефона.

Женский голос. Немного хрипловатый, но явно женский. Мендес взглянул на трубку с таким видом, словно с ней явно что-то было не в порядке.

— Детектив Таннер?

— Да. Чем могу помочь?

— С вами говорит детектив Мендес из Оук-Кнолла.

— И-и-и?

— У меня к вам есть пара вопросов, — собираясь с мыслями, начал он. — Мне сказали, что вы занимаетесь одним делом…

— Каким делом?

— Похищение Лоутон… Лорен Лоутон недавно переехала в Оук-Кнолл.

— О! — донеслось из трубки, а затем, запнувшись, голос радостно воскликнул: — Аллилуйя!

— И что бы это могло означать?

— Желаю удачи, товарищ.

— И много с ней головной боли? — поинтересовался Мендес.

Донесшийся до него смех Таннер свидетельствовал о том, что она находится на грани истерики.

— Ха-ха-ха! Из-за нее один детектив раньше времени ушел в отставку, а другой перевелся в Барстоу… Если бы у меня в приятелях не было прокурора, она и меня под увольнение подвела бы.

А может, тебя и следовало бы уволить.

Мендесу совсем не нравился такой подход к делу. Возможно, копы из Санта-Барбары слишком сильно увлекаются серфингом. А может, все они — некомпетентные ничтожества.

— Мне бы хотелось взглянуть на материалы этого дела, — сказал он. — Вы ведь будете в ближайшее время на своем рабочем месте?

— Да.

— Я приеду через час.

* * *

От вида, открывающегося с вершин горного хребта Санта-Инес на побережье, возле которого приютилась Санта-Барбара, у Мендеса всегда захватывало дух. Ясное небо своей голубизной соперничало с океаном. Нормандские острова едва виднелись вдалеке, а Санта-Барбара, подобно мозаичному ожерелью, вытянулась вдоль берега.

Живя в этой части Калифорнии, непросто было выбирать, каким пейзажем любоваться — океанским побережьем или покрытыми буйной растительностью долинами, зажатыми между цепочками гор.

Было время, когда Мендес всерьез подумывал о том, чтобы перебраться в Вирджинию и поработать на ФБР в качестве специалиста-криминалиста, занимающегося составлением психологического портрета преступника. В начале восьмидесятых он провел несколько недель в этом штате, посещая занятия в Национальной академии ФБР. Там-то он и познакомился со своим наставником Винсом Леоне, который, работая сначала в отделе поведенческого анализа, а затем в отделе помощи расследованию, стал среди сотрудников бюро живой легендой.

Винс советовал ему поработать агентом, но Мендес вернулся в Оук-Кнолл — отчасти из-за чувства признательности к начальству, отчасти из-за любви к городку. Здесь жила его семья. Мендес по-настоящему любил город, его окрестности и все, что в той или иной степени было связано с ним. А потом Винс сам приехал в Оук-Кнолл, когда расследовалось дело «Не вижу зла», да так и остался в нем навсегда.

Уйдя из бюро, Леоне консультировал правоохранительные органы по всему земному шару, а еще неплохо зарабатывал, обучая новичков. Когда выпадала возможность, он привлекал Тони к работе, и тот постепенно набирался опыта. Мендес знал, что, когда он наконец решится уйти из управления шерифа, Винс возьмет его к себе на полный рабочий день. И ему не придется отсюда уезжать. Все же везет ему в жизни.

Улицы Санта-Барбары были запружены местными жителями и туристами. Мендес добрался до Ист-Фигуероа, припарковал седан и вошел в большое белое двухэтажное здание, в котором располагалось управление полиции. Детектива Таннер пришлось поискать.

Мендес считал себя вполне современно мыслящим мужчиной, но женщин-детективов, признаться, до этого времени ему встречать не приходилось. То, какой оказалась детектив Таннер, его несколько удивило.

В последние годы журналы пестрели статьями, повествующими о борьбе женщин за равное представительство в ранее чисто мужских органах правопорядка. Мендес помнил, как его коллеги воротили носы при известии, что шериф Диксон решил нанять женщин-помощников. Среди следователей, впрочем, редко когда можно было встретить женщину, а повышение представительниц прекрасного пола до руководящего уровня часто становилось темой газетных публикаций.

Вообще-то Мендес не видел в этом особой проблемы. Работа детектива — умственная, а не физическая, по крайней мере, таковой она является большую часть времени. Но у него возникали сомнения насчет того, сможет ли женщина-детектив профессионально допрашивать какого-нибудь подонка, сидя напротив него за столом. А ведь это ежедневная часть работы детектива.

Как только Мендес зашел в следственный отдел и остановился в центре помещения для посетителей, дверь одного из кабинетов открылась и невысокая блондинка, пятясь и гневно тыча в сторону указательным пальцем, закричала на кого-то невидимого:

— Да ты полное ничтожество! Козел опущенный! Перестань хихикать как двенадцатилетний недоумок! Еще раз такое от тебя услышу, кровью умоешься.