Читаем Чародей звездолета ''Посейдон'' полностью

– Насколько я понял, в настоящий момент деньги уже находятся фактически на борту корабля! А мы тоже здесь – с огромными деньгами!

– Странное ощущение, конечно, – сказал Рэндолф спокойно. – Знать, что вокруг тебя три тысячи живых существ, которые наслаждаются отдыхом в космосе, и рядом с ними, в общем-то незнакомыми людьми, иметь громадную сумму денег.

Он улыбнулся и посмотрел вверх на Хаулэнда:

– Невольно захочешь говорить шепотом.

– Три тысячи мужчин и женщин, – сказал Хаулэнд, – обосновались в большом стальном ящике, несущемся среди звезд, в пространствах Вселенной, где совсем другое, не такое, как у нас, космическое время, – прямо мурашки бегут по спине.

Рэндолф сделал вид, что Хаулэнд натолкнул его на важную мысль:

– Ты упомянул о нашем пространственно-временном континууме. Это напомнило мне об ответственнейшем моменте всего нашего предприятия. Но я думаю, что Теренс справится. Он приобрел большой опыт, когда находился на службе в военно-космическом флоте.

Послышался предупредительный гудок, и, как поступал каждый в момент преодоления космическим кораблем гравитации, все трое ученых направились к специальным креслам перед иллюминаторами. Они были всего лишь тремя членами громадной толпы на борту лайнера. Как и все, они в волнении перед стартом помахали на площадке для прощания своим друзьям и родственникам.

Как и все, слегка возбужденные, поднялись на корабль «Посейдон». Как и все, они заняли сейчас кресла для обозрения.

Последние опоры, жестко связывавшие звездолет с Землей, были убраны, и он плавно, без малейшей тряски взмыл в небо. Наконец, они были в космосе.

Удобно устроившись в смотровых шезлонгах, Рэндолф, Хаулэнд и Хаффнер молча глядели в иллюминаторы. Через фильтры, надетые на окна прямого обзора, свет от солнца казался зеленоватым. Снаружи беспрестанно работали механизмы, очищавшие обшивку лайнера от опасных для него микрометеоритов.

Всю панораму заполняли звезды – массивные, блестящие, с неоднородной поверхностью. Между звездами не было ни одного черного просвета, только иногда их прикрывали отдельные пылевые облака и плотные туманности, от которых веяло таинственностью. Рэндолф даже встал, откинув голову назад, и смотрел во все глаза. Хаффнер, как бы извиняясь, взглянул на Хаулэнда и для успокоения сделал небольшой глоток из бутылки.

Все трое молчали.

И вдруг картина за иллюминаторами резко изменилась. Солнце и звезды исчезли. На их месте появились жуткие вихревые кольца и сменявшие друг друга потоки оранжевого и розового, изумрудного и голубого, бархатно-черного и белоснежного цветов. Все это смешивалось, двигалось, играло и переливалось. «Посейдон» вошел в пространство с совершенно другим космическим временем. Кораблю предстояло преодолеть расстояние в двадцать световых лет за три земные недели.

– О, боже! – взмолился Хаулэнд, опустив голову вниз. – Тут меня всегда хватает.

– Сочувствую, – сказал приятный голос за его плечом. – Разрешите взглянуть. Надеюсь, у нас есть связь с космическим бюро путешествий.

Хаулэнд оглянулся в сильном удивлении. Перед ним, улыбаясь, стоял Тим Варнер, журналист из «Дэйли Гэлэкси», которого Хаулэнд видел в «Золотом Петушке» возле Льюистида.

– Тесно в Галактике, приятель.

– Почему вы... да, мир тесен.

– Кажется, вы удивлены встрече со мной. Я журналист. Решил попутешествовать среди звезд. А вы? Это я должен удивляться, что встретил вас здесь. Доктор Хаулэнд, не так ли?

– Совершенно верно. Просто я в отпуске.

– Вместе со своим боссом. Отлично. Пойдемте чего-нибудь выпьем.

– Разумное предложение, – сразу подал голос Вилли Хаффнер.

Хаулэнд представил Тима Варнера Рэндолфу и Хаффнеру по дороге в бар.

Рэндолф со своим поразительным умением удаляться, когда ему вздумается, исчез сразу после рукопожатия с Варнером. Казалось, что маленькому профессору не нравилось лишний раз топтаться под ногами у других.

– Вы готовите материал для «Дэйли Гэлэкси», да, мистер Варнер? спросил Хаффнер. Он сходился с людьми намного легче, чем Хаулэнд.

– Нет. Вместо литературных изысканий я раскапываю одно грязное дельце, которое вряд ли принесет мне большие доходы. Так что у меня нет времени.

– Что привело вас на «Посейдон»? – спросил Хаулэнд.

– Да есть тут история, но я никому не рассказываю.

Что-то такое в Варнере начинало действовать на нервы Хаулэнду. Тим Варнер производил впечатление человека довольно порядочного, но немного нахального – что ж, у каждого свой характер. Включили видеозвуковую систему, и из многочисленных динамиков, установленных по всему звездолету, послышался голос диктора:

– Капитан любезно передает привет пассажирам и желает всем приятного путешествия.

Варнер зевнул, извинился, сказал, что устал, и удалился.

– Кажется, неплохой парень, – заметил Хаффнер и начал говорить о серьезных делах.