Читаем Чан Кайши полностью

Вплоть до весны 1946 года Чан все надеялся, что Сталин выполнит договор о дружбе и союзе и поможет установить власть гоминьдановского правительства на северо-востоке Китая. И для того, чтобы успеть переправить в Маньчжурию свои воинские части, еще дважды просил кремлевского диктатора отсрочить вывод оттуда советских вооруженных сил — сначала до 3 января 1946 года, а потом — до 1 февраля. Но никакой помощи так и не получил. Более того, оккупационные войска остались на северо-востоке Китая и после 1 февраля («ввиду зимних условий и плохой погоды»), причем занимались беспардонным грабежом: под видом «военных трофеев» демонтировали и вывозили в Советский Союз крупные промышленные предприятия, включая Аныпанский металлургический комбинат и авиационный завод в Цзюйтяне, а также присваивали имущество не только японских, но и китайских граждан. В результате экономике Маньчжурии, по разным данным, был нанесен урон на сумму от 858 миллионов до 2 миллиардов 236 миллионов американских долларов. Неудивительно, что Гоминьдан и общественность стали открыто выражать недовольство поведением Советской армии. В феврале-марте 1946 года в Чунцине, Шанхае, Нанкине и Кантоне прошли массовые демонстрации студентов, носившие резко антисоветский характер.

Этим настроениям поддался и Чан Кайши, начавший проводить недальновидную политику в отношении СССР. 6 марта 1946 года МИД Китайской Республики выразил по поводу разграбления Маньчжурии протест, потребовав немедленной эвакуации Советской армии. Понимал ли тогда Чан, что на смену русским придут китайские коммунисты? Вероятно, нет: он рассчитывал сам занять оставляемые Советами города, опираясь на помощь США. Но просчитался.

Через неделю, 13 марта, Сталин начал отвод советских войск, завершившийся 3 мая. Одновременно, обидевшись на Чана, он призвал китайских коммунистов действовать активно и свободно, даже раскритиковав их за излишнюю вежливость по отношению к Соединенным Штатам. Советская армия стала оказывать КПК огромную помощь в переброске ее войск в Маньчжурию, передала им оставшееся вооружение Квантунской армии и даже частично немецкое, чехословацкое и советское оружие.

Американцы старались оказать помощь Чан Кайши в переброске его войск в Северный, Северо-Восточный и Восточный Китай и даже не пожалели на это огромную сумму — 300 миллионов долларов (для сравнения: во время Второй мировой войны на поставки в Китай по ленд-лизу они потратили всего 846 миллионов)[120]. Но они не могли использовать главные маньчжурские порты — Далянь и Порт-Артур, продолжавшие находиться под советской оккупацией.

К тому времени отношения Советского Союза и Соединенных Штатов резко ухудшились, в мире «заполыхала» холодная война. Еще в начале 1946 года Трумэн написал своему госсекретарю Бирнсу: «Я устал нянчиться с Советами», после чего американцы взяли курс на сдерживание СССР. Сталин ответил тем же. 9 февраля он произнес довольно критическую по отношению к бывшим союзникам речь на предвыборном собрании Сталинского избирательного округа города Москвы. А 5 марта, во время визита в США, с одобрения Трумэна и в его присутствии Черчилль обрушился на политику Сталина в Восточной Европе в речи при вручении ему диплома почетного доктора Вестминстерского колледжа в городе Фултоне (штат Миссури).

И тогда Мао предпринял новую атаку на Гоминьдан, отдав приказ нанести удар по гоминьдановским войскам в Маньчжурии, начавшим 31 марта продвигаться к столице провинции Цзилинь — Чанчуню, оставленному Советской армией. И вновь коммунисты одержали победу, после чего во второй половине апреля заняли крупные города Чанчунь и Харбин, превращая Маньчжурию, богатую нефтью, газом и углем, в свою военную базу.

Чан вознегодовал. «Коммунистические бандиты открыто захватили Чанчунь… нарушили договоренность о прекращении войны, вызвали смуту в государстве, — записал он в дневнике. — …Россия открыто перебрасывает на самолетах помощь коммунистическим бандитам, из Харбина в Чанчунь по железной дороге беспрерывно перевозит солдат коммунистических бандитов. Они <русские> решили разделить Северо-Восток <Китая>, создав в Северной Маньчжурии марионеточный режим из их коммунистических бандитов».

В новых условиях Чан Кайши пришел к выводу, что американцы уже не смогут не помогать ему. Однако он не учел глубины демократических заблуждений Трумэна и его окружения. Американцы упорно гнули свою линию. И вместо того, чтобы предоставить Чану незамедлительную военную помощь, продолжали настаивать на мирном урегулировании конфликта и на проведении в Китае демократических реформ. Маршалл, вернувшийся в Чунцин в апреле 1946 года, откровенно заявил Чан Кайши, что правое крыло Гоминьдана на него (Чана) плохо влияет и что если Чан будет продолжать слушать военных ястребов, это приведет Китай к такому же краху, какой переживает Япония.