Читаем Чайная роза полностью

Витриной, доставившей Фионе немало хлопот и волнений, она смогла заняться в последнюю очередь, провозившись до шести часов утра. Никакого опыта с оформлением витрин у нее, естественно, не было. Она не знала, с чего начать. Интуиция подсказывала: витрина должна быть красивой и манящей, такой, чтобы у прохожих возникло желание зайти в магазин. Стоя в тишине торгового зала, Фиона смотрела на окружавшие ее товары: крупы, маринованные огурцы, молоко, муку. Ну как соорудить из них что-то привлекательное? Первые лучи солнца она встретила в состоянии, близком к панике. Потом в голове зазвучали слова Джо: «Фи, все зависит от умения показать товар. Это и пробуждает в людях желание покупать». Взгляд Фионы упал на ящик со спаржей. Она не собиралась брать столь дорогой овощ, но поставщик зелени убедил ее. После долгой зимы люди соскучились по свежим овощам и готовы платить за них дороже. Рядом со спаржей, в другом ящике, розовела нежная кожура свежих картофелин… Золотистые караваи хлеба, доставленные из пекарни… Нарциссы, обещанные Алеком… Коричневые пятнистые утиные яйца, лежавшие в ящике, выстланным сеном… Фиону осенило. Паника сменилась лихорадочными действиями.

Поднявшись в квартиру, она взяла из бельевого шкафа белую скатерть Молли, в гостиной прихватила зеленую вазу, а в кухне – блюдо, стенки которого были покрыты белыми и синими брызгами эмали. Принеся все это в торговый зал, Фиона достала из погреба пустой фруктовый ящик, большую круглую жестяную банку из-под печенья и несколько корзин. Поднявшись на подоконник витрины, она принялась за работу, а когда закончила, вышла на улицу – посмотреть, как выглядят снаружи результаты ее трудов.

Она создала прекрасную картину весны. В центре витрины на банке из-под печенья, покрытой белой скатертью, стояла зеленая ваза с желтыми нарциссами. За ними высилась плетеная корзина с золотистыми караваями хлеба. Рядом, на ящике, стояла другая корзина, доверху наполненная свежим картофелем. С ней соседствовало бело-синее блюдо с пучками спаржи, перевязанными бечевкой. А перед блюдом, в небольшом гнезде, которое Фиона соорудила из сена, лежали шесть отборных утиных яиц. Вроде бы ничего хитрого, но все подобрано так, что поневоле тянет зайти в магазин. Витрина Фионы была совершенно не похожа на витрины многих магазинов, уставленные баночками с ваксой, мылом в выцветших обертках и унылыми коробками конфет. Ее натюрморт говорил о теплых днях и распускающейся зелени. О тюльпанах, тянущихся из влажной земли, и набухших почках на деревьях. Все это грело взгляд и душу прохожих, которым наскучило смотреть на зимние фрукты и старую картошку.

Для самой Фионы витрина служила иллюстрацией первого и наиболее важного правила розничной торговли. Это правило она узнала от Джо, подсмотрела на рынках и в витринах уайтчепельских магазинов. Инстинктивно понятное, оно гласило: «Создайте у людей желание что-то купить, и они купят».

Постояв у витрины, в магазин вошла женщина. За ней влетел запыхавшийся Иэн. Фиона указала ему на покупки миссис Оуэнс и назвала адрес. Иэн сложил их в ящик и понес, едва не столкнувшись в дверях с Робби. Его Фиона отправила по адресу миссис Рейнольдс. Ник – замечательный помощник, но насколько легче ей было бы сейчас работать, если бы ее дядя находился рядом, а не в пивной Уэлана. Фиона не могла без раздражения думать о нем. Вчера она буквально за руку притащила Майкла в магазин, заставив починить заедавший денежный ящик в кассовом аппарате и показать, как опускать и поднимать навес над витриной. Это стоило Фионе еще один доллар. Вдобавок ей пришлось выслушивать дядину критику большинства ее оптовых закупок.

Некоторые поставщики, воспользовавшись ее неопытностью, продали ей вдвое больше товара, чем дядя обычно заказывал на неделю. Она выслушивала нотации Майкла, пока у нее не запылали уши. От слов он перешел к доказательствам. Взял яйцо, разбил на тарелку, ткнул в плоский желток и объявил, что ей продали лежалые яйца. Затем дядя сунул руку в бочку с мукой, просеял между пальцами и обнаружил там долгоносиков. Три ящика чая от фирмы «Миллардс» вызвали у него ехидную усмешку: прежде чем она успеет продать такую пропасть чая, тот успеет напрочь потерять аромат. После чая Майкл устроил проверку рыбы. Выловив одну, он посмотрел жабры и сказал, что рыбка… тю-тю.

– Ничего этого не случилось бы, если бы ты помог мне с закупками! – сердито бросила ему Фиона.

Бурча себе под нос, Майкл передвинул ящики с чаем, кофе, сухарями, овсянкой и другими товарами постоянного спроса ближе к прилавку. Стеклянные банки с какао, мускатный орех и палочки корицы убрал от попадания солнечных лучей, после чего велел Фионе переложить спички подальше от мясного холодильника, иначе отсыреют.