Читаем Чай с лимоном полностью

— Так я только сейчас и узнал, — ответил я. — Да и вообще, это же дело привычки.

— Что именно дело привычки? — переспросил Роман.

— Жизнь с кем-то, семейные отношения — это ведь просто привычка, не более того, — пояснил я.

— Не совсем, — начал спорить со мной Роман, — семейные отношения, как и любые другие, это взаимодействие материй. А как ты уже знаешь, это взаимодействие может быть гармоничным или дисгармоничным. Оно либо нравится и комфортно обеим сторонам, либо нет. Ты помнишь, что помогает нам ориентироваться в пространстве звуков и вибраций для сортировки комфортного от дискомфортного?

— Чувства? — сделал я предположение.

— Верно, чувства. Поэтому в любых взаимоотношениях для поддержания комфорта надо включать чувства. Ты постоянно должен мониторить характер этих взаимоотношений, поскольку, если они некомфортны и дисгармоничны, значит, они Системе не нужны. В таком случае ты работаешь против Системы.

— А причём тут привычка? — поинтересовался я.

— Привычка — это когда ты продолжаешь поддерживать контакт между материями при выключенных чувствах, — продолжил объяснять Роман, — ну, то есть, когда взаимоотношения между элементами Системы сохраняются, но обе стороны при этом не мониторят их на предмет собственного комфорта, а соответственно — и на предмет исполнения требований существования Системы тоже.

— Ну так взаимодействие материй же сохраняется, энергия вырабатывается, что ещё нужно?

— Опять ты ни хрена не понял! — с досадой выдал Роман.

— Система, Лёх, — это сложнейший механизм, в котором все элементы должны взаимодействовать легко и свободно, комфортно, — сказал Сергей, — и для ориентации в пространстве нам, людям, даны чувства. Они как маяк. Мы, каждый по отдельности, не можем оценить работу Системы в целом, но мы должны мониторить пространство вокруг себя на предмет соответствия требованиям Системы. Если каждый соприкасающийся элемент будет чувствовать себя комфортно в своей ячейке, то и вся Система в целом будет работать слаженно, ведь так?

— Так, — кивнул я.

— А привычка — это выключение чувств, понимаешь? — продолжил Сергей. — В привычке тебе комфортно не от самого взаимодействия, а от идеи о том, что не нужно утруждать себя анализом правильности протекания процессов. Ром, дай пример какой-нибудь, ты у нас мастер по таким сравнениям.

Роман на секунду задумался, улыбнулся, повернулся ко мне и сказал:

— Вот живёшь ты в деревне и жопу газетой подтираешь, хотя уже много лет как бумагу нормальную в магазине продают, и ты выполняешь этот ритуал ежедневно и даже не задумываешься о том, что пора бы бумагу купить нормальную. Это и есть привычка.

— Да, но мне-то комфортно с газетой, что не так?

— А то, что жопа-то грязная! — выпалил Роман. — Тебе типа комфортно, но задача-то не решается!

— Опять пример так себе, — сказал Сергей, — хотя посыл верный. Помнишь, для чего мужику нужен второй этап?

— Чтобы сбить с толку и протестировать на самоконтроль, — уверенно ответил я.

— Красавчик! — радостно воскликнул Сергей. — Всё ты правильно усвоил. Система проверяет тебя на то, хорошо ли ты научился пользоваться механизмом чувств, можешь ли отделить системно важные задачи от бессистемных, но комфортных. Почему на втором этапе именно секс? А чем можно сбить с толку мужика ещё сильнее, чем ласками в постели?

— Вот ты спрашиваешь, можно ли совмещать семью и баб? — подключился к дискуссии Роман. — Можно! Но при соблюдении приоритетов. Вот ты комфортно взаимодействуешь со своей второй половиной, развиваешь отношения, создаёшь семью, воспитываешь детей — это то, что нужно Системе, отлично. А потом сгонял налево, поискрил там с другой бабой, выкинул энергию, протестировал работоспособность чувств и обратно вернулся. Всё тихо-спокойно, никто ничего не знает. Ощущаешь позитивную вибрацию в семье, умудряешься сохранить взаимный комфорт, отдаёшь себе отчёт в том, что решаешь системную задачу — супер! Значит, всё идёт отлично! А вот если перестал включать чувства, забыл про навигатор и двигаешься по привычке, не задумываясь о том, как происходит взаимодействие материй, то тут же начинаешь косячить и сбоить. И уходишь на новый круг.

— То есть привычка — это плохо? — спросил я.

— Неосознанная привычка — да, плохо, — ответил Роман. — Если ты делаешь что-то без понимания, соответствует ли это твоим функциям и позволяет ли это соблюсти принципы функционирования Системы, то привычка может оказаться губительной. Так, кстати, чаще всего и происходит.

— У всех людей есть привычки, — парировал я.

— Конечно! — согласился Ромка. — Только одни используют сознание и чувства для постоянного мониторинга ситуации, а другие, типа тебя, спускают всё на тормозах и не фиксируют происходящее, ссылаясь на привычку и мнимый комфорт.

— Это ты опять про Аньку? — спросил я.

— Ну и про неё в том числе. Ты у нас вообще человек привычки.

— Что правда, то правда, — согласился я.

В очередной раз над нашим столом зависла пауза молчания.

— Давайте уже выпьем, а то вискарь выдыхается, — сказал Роман.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Авиатор
Авиатор

Евгений Водолазкин – прозаик, филолог. Автор бестселлера "Лавр" и изящного historical fiction "Соловьев и Ларионов". В России его называют "русским Умберто Эко", в Америке – после выхода "Лавра" на английском – "русским Маркесом". Ему же достаточно быть самим собой. Произведения Водолазкина переведены на многие иностранные языки.Герой нового романа "Авиатор" – человек в состоянии tabula rasa: очнувшись однажды на больничной койке, он понимает, что не знает про себя ровным счетом ничего – ни своего имени, ни кто он такой, ни где находится. В надежде восстановить историю своей жизни, он начинает записывать посетившие его воспоминания, отрывочные и хаотичные: Петербург начала ХХ века, дачное детство в Сиверской и Алуште, гимназия и первая любовь, революция 1917-го, влюбленность в авиацию, Соловки… Но откуда он так точно помнит детали быта, фразы, запахи, звуки того времени, если на календаре – 1999 год?..

Евгений Германович Водолазкин

Современная русская и зарубежная проза
Ханна
Ханна

Книга современного французского писателя Поля-Лу Сулитцера повествует о судьбе удивительной женщины. Героиня этого романа сумела вырваться из нищеты, окружавшей ее с детства, и стать признанной «королевой» знаменитой французской косметики, одной из повелительниц мирового рынка высокой моды,Но прежде чем взойти на вершину жизненного успеха, молодой честолюбивой женщине пришлось преодолеть тяжелые испытания. Множество лишений и невзгод ждало Ханну на пути в далекую Австралию, куда она отправилась за своей мечтой. Жажда жизни, неуемная страсть к новым приключениям, стремление развить свой успех влекут ее в столицу мирового бизнеса — Нью-Йорк. В стремительную орбиту ее жизни вовлечено множество блистательных мужчин, но Ханна с детских лет верна своей первой, единственной и безнадежной любви…

Анна Михайловна Бобылева , Поль-Лу Сулицер , Мэлэши Уайтэйкер , Лорен Оливер , Кэтрин Ласки , Поль-Лу Сулитцер

Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Приключения в современном мире / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Самиздат, сетевая литература / Фэнтези / Современная проза
iPhuck 10
iPhuck 10

Порфирий Петрович – литературно-полицейский алгоритм. Он расследует преступления и одновременно пишет об этом детективные романы, зарабатывая средства для Полицейского Управления.Маруха Чо – искусствовед с большими деньгами и баба с яйцами по официальному гендеру. Ее специальность – так называемый «гипс», искусство первой четверти XXI века. Ей нужен помощник для анализа рынка. Им становится взятый в аренду Порфирий.«iPhuck 10» – самый дорогой любовный гаджет на рынке и одновременно самый знаменитый из 244 детективов Порфирия Петровича. Это настоящий шедевр алгоритмической полицейской прозы конца века – энциклопедический роман о будущем любви, искусства и всего остального.#cybersex, #gadgets, #искусственныйИнтеллект, #современноеИскусство, #детектив, #genderStudies, #триллер, #кудаВсеКатится, #содержитНецензурнуюБрань, #makinMovies, #тыПолюбитьЗаставилаСебяЧтобыПлеснутьМнеВДушуЧернымЯдом, #résistanceСодержится ненормативная лексика

Виктор Олегович Пелевин

Современная русская и зарубежная проза