Читаем CC – инквизиция Гитлера полностью

Так, историк Карин Орт в своей работе о руководящем составе концлагерей делает вывод, будто профессиональный диапазон в социальном отношении представляет собой довольно однородную картину, которая вовсе не занимает маргинальных позиций в обществе. Эти руководящие кадры в своем большинстве являлись выходцами из семей нижних и средних слоев служивого чиновничества. Они выросли в простонародной среде 20-х годов XX века, в атмосфере тесного переплетения «легенды об ударе ножом в спину» с возмущением «Версальским позором» и ненавистью ко всему чужому.

В многочисленных случаях мировой экономический кризис поломал судьбы представителей мелкой буржуазии. Рост и упрочение позиций национал-социализма, казалось, открывали перед разорившимися ремесленниками и торговцами новые перспективы. Как правило, они быстро взбирались наверх по ступеням служебной лестницы в рамках системы национал-социализма: после участия в движении СА (штурмовых отрядов) следовало вступление и продвижение по службе в общих формированиях СС или даже в подразделениях и частях «мертвоголовых».

Эйке внушал тем, кто хотел добиться большего, чем имел, что они принадлежат к «Ордену лучших из лучших» как «люди подвига» с «истинным характером» и «ясным-пониманием реальной жизни». Они избраны самой судьбой быть «движущей силой национал-социалистической революции» и стать «спасителями немецкого народа».

Он требовал не только закалки и твердости, но и прививал рекрутам чувство локтя и неподкупного братства. «Папа Эйке» насаждал корпоративный дух. С большим рвением приступил лагерный «инспектор» к централизации подведомственной ему системы. Концентрационные лагеря Дахау, Бухенвальд, Флоссенбюрг, Маутхаузен, Равенсбрюк и Заксенхаузен превратились в очаги террора. Кроме этих лагерей имелись и другие, а позже появились их филиалы.

Шеф СС Гиммлер пытался утаить от общественности назначение концлагерей. Он цинично заявил: «Все, что здесь делается, — напряженная, создающая новые ценности работа, строгое, справедливое обращение. Научить людей снова трудиться, привить им навыки прикладного мастерства — вот цель и методы воспитания. Девиз, под которым живут и действуют лагеря, гласит: «Есть путь к свободе. Его верстовые столбы — это послушание, честность, порядок, чистота, трезвость, искренность, готовность к самопожертвованию и любовь к родине».

Работа и дисциплина есть, по его мнению, необходимые средства для того, чтобы вернуть блудных дочерей и сыновей нации в лоно национал-социалистического единства.

Численность персонала, занятого в концлагерях, постоянно росла. В общем списке «тружеников» концлагерей от 15 января 1945 года в графе «охрана СС» значатся 37 675 мужчин и 3508 женщин, что показывает истинное положение дел, которое почему-то долгое время не привлекало к себе внимания. Принято было считать, что служба в концлагерях — это чисто мужское дело. Однако факты свидетельствуют о том, что тысячи женщин выполняли здесь различные обязанности, с большей или меньшей ответственностью за преступления.

Диапазон широк: надзирательницы, врачи, лаборантки, машинистки… И только незначительная часть женщин принадлежала к войскам СС. В то время, когда гражданские служащие женского пола, такие как секретарши и телеграфистки, в известной мере были всего лишь свидетельницами жалкого существования людей, надзирательницы СС вносили в него значительную лепту К этой категории служащих иногда относились и жены эсэсовцев, как явствует из распоряжения комендатуры концлагеря Люблин от 1 марта 1943 года: «По распоряжению шефа 3-го отдела все бездетные жены членов СС привлекаются к службе в качестве надзирательниц в женском концлагере». Правда, нет сведений о том, сколько жен эсэсовцев откликнулись на это требование.

Женская смена молодых надзирательниц СС подвергалась тщательному отбору для допуска к прохождению специальных курсов. На этих курсах были такие дисциплины как «Мировоззренческая и национал-политическая подготовка», «Служба и выполнение долга», «Личное поведение и руководство». Заключенные рассказывали, что большинство молодых выпускниц СС поощрялись во время обучения за беспардонную жестокость и неприкрытое насилие по отношению к узницам лагерей.

В период с 1942 по 1945 годы в войска СС были приняты более трех тысяч женщин, которые, по словам «рейхсфюрера», «воспитаны в духе поистине преданного, проникнутого идеями национал-социалистического мировоззрения и СС женского корпуса». Жестокое обращение и здесь служило ключом к успеху.

Нанда Херберман, узница женского концлагеря Равенсбрюк, вспоминает: «Самыми надежными были наиболее жестокие из них». Примерами таких «карьеристок» были Мария Мендель и Эльзе Эрих. Первая служила в концлагере Аушвиц-Биркенау в должности старшей надзирательницы с октября 1942 года, вплоть до эвакуации в январе 1945 года. Вторая занималась той же деятельностью с октября 1942 года в концлагере Люблин-Майданек. После войны обе были осуждены и казнены.